Главная
Каталог книг
medic800

Оглавление
Э. Фаррингтон - Гомеопатическая клиническая фармакология
Дэн Миллман - Ничего обычного
Мечников Илья Ильич - Этюды о природе человека
Долецкий Станислав Яковлевич - Мысли в пути
Семенцов Анатолий - 2000 заговоров и рецептов народной медицины
В. Жаворонков - Азбука безопасности в чрезвычайных ситуациях
Алексей Валентинович Фалеев - Худеем в два счета
Глязер Гуго - Драматическая медицина (Опыты врачей на себе)
Йог Рамачарака - Джнана-йога
Уильям Бейтс - Улучшение зрения без очков по методу Бэйтса
Степанов А М - Основы медицинской гомеостатики
Цывкин Марк - Ничего кроме правды - о медицине, здравоохранении, врачах и пр
Кент Джеймс Тайлер - Лекции по философии гомеопатии
Юлия АЛЕШИНА - ИНДИВИДУАЛЬНОЕ И СЕМЕЙНОЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ КОНСУЛЬТИРОВАНИЕ
Подрабинек Александр - Карательная медицина
Аллен Карр - Легкий способ бросить пить
С. Огурцов, С. Горин - Соблазнение
Малахов Г. П. - Закаливание и водолечение
Йог Рамачарака – Раджа-Йога
Алексей Валентинович Фалеев - Худеем в два счета

Здесь считаю нужным сделать некоторое отступление и отметить, что у меня не было и нет неприязненных отношений с кем-либо из моих сокурсников. Большинства из них, ксожалению, уже нет в живых, а остальные достигли или приближаются к 80-летнему ру-бежу. Пишу об этом, чтобы заранее отмести даже малейшее подозрение в моем желании опорочить кого-либо из людей, с которыми меня связывают воспоминания о нашей общей, во многих отношениях весьма трудной молодости, и к которым у меня нет ника-ких причин питать не-дружественные чувства. Поэтому все последующее привожу не в осуждение кого-либо, а излагаю только факты, имеющие значение для дальнейшего иссле-дования рассматриваемой проблемы. 

Большинство на курсе составляли молодые люди, в том же году окончившие среднюю школу. Они, и все принятые на первый курс, сдали приемные экзамены, т.е. формально показали достаточный уровень знаний. Но очень скоро выяснилось, что истинный уро-вень их у разных курсантов был далеко не одинаковым, а у отдельных весьма, даже пора-зительно низким. Уже в течение первого года ряд курсантов были отчислены за неуспе-ваемость или по другим причинам. Некоторым учение давалось с большим трудом, они только после повторной, даже повторных попыток сдавали экзамены по отдельным дис-циплинам. Наконец, были такие, особенно среди офицеров и сверхсрочников, котрые по собственной воле, сочтя, видимо, непосильными для себя предъявляемые требования, предпочли отказаться от намерения получить врачебное образование. В итоге, однако, подавляющее большинство поступивших получили врачебные дипломы. Правда, один на Государственных экзаменах наговорил такое, что Председатель Государственной Экзаме-национной Комиссии - академик-хирург и он же Главный хирург Военно-морского флота, генерал-лейтенант медицинской службы И.И.Джанелидзе сказал ему, что будет особо следить за его службой, и если узнает, что этот врач посмеет заниматься какой-либо вра-чебной деятельностью, кроме физиотерапии, он его отдаст под суд. Выделялась среди нас также другая группа курсантов, добившихся в дальнейшем наибольших успехов: один стал действительным членом Академии медицинских наук СССР, более 10 человек стали профессорами и докторами, а еще больше - кандидатами медицинских наук. Эти в годы учения отличались, главным образом, целеустрмленностью, рано осознанным желанием добиться успеха в определенной области медицины. Располагающаяся между этими край-ними группами основная масса сокурсников, за редкими исключениями, добросовестно отработала врачами самых разных специальностей, в меру своих способностей и возмож-ностей честно выполнили свой профессиональный долг, и многие стали весьма квалифи-цированными специалистами. Известных мне "редчайших исключений" было два: один сокурсник за криминальный аборт был понижен в воинском звании, а другой (тот самый, которому запретили любую другую деятельность, кроме физиотерапии), был, по дошед-шим до меня слухам, лишен врачебного диплома. Думается, такой "расклад" не случаен, а, как уже упоминалось, закономерен, хотя количественное распределение по группам мо-жет быть иным в зависимости от реальных условий приема в медицинские ВУЗ'ы, учебы и дальнейшей работы. 

В течение последовавших 45 лет работы в ряде лечебных учреждений разного уровня, в том числе в одном ВУЗ'е (20 лет) приходилось встречать врачей, которых по праву мож-но было отнести к каждой (кроме первой, естественно) из перечисленных групп, что под-тверждает закономерность их выделения. Более подробно представлять это вряд-ли есть необходимость. Но опыт работы в ВУЗ'е поучителен в особом отношении. В США слово "нейрохирург" иногда применяется в значении, если не "Бог", то, по меньшей мере "бог" или "сверхчеловек". Я работал в клинике и на кафедре, где именно врачей этой специ-альности готовили. На моей памяти такое обучение прошли, я думаю, несколько сот обычных, рядовых военных врачей. Многие из них служили до этого врачами воинских частей, т.е. значительного опыта лечебной работы не имели. Большинство из них овла-девали этой сложной специальностью в требуемых пределах. Т.е. они не выходили гото-выми к выполнению любых, включая самые сложные, операций. В соответствующих слу-чаях они направляли пациентов в свою альма матер. Но по мере накопления опыта, боль-шинство из них становилось достаточно подготовленными и квалифицированными специ-алистами. Разумеется, личные способности, желание как можно лучше овладеть специаль-ностью сказывались на конечных результатах, на уровне приобретенной квалификации. Но важно то, что самые обычные люди, при желании были способны освоить даже эту - одну из самых сложных - врачебную специальность. 

Эпиграфом к книге одного из наиболее широко образованных профессоров, с кото-рыми доводилось встречаться в СССР, были вынесены слова Джордано Бруно: "Не может бытьхорошего врача без хорошего знания философии". Об этом - об отношениях медици-ны и философии - уже доводилось писать подробно. Ограничимся здесь выводом, что давно уже и философия не та, и медицина не та. Не зря одной из непреходящих заслуг Гиппократа признается то, что он отделил медицину от философии. Но, думается, впол-не обоснованно можно перефразировать эту максиму так: "не может быть хорошего врача, не обладающего стремлением и качествами исследователя". Имеется в виду не обязатель-ноеписание диссертаций или научных статей, не обязательное включение в официальном порядке такого рода деятельность в его обязанности. Речь может идти только о стрем-лении "докопаться до истины" не только в стандартных, предусмотренных усвоенными схемами, случаях, но и у людей, не укладывающихся в эти схемы. А таких в реальных ус-ловиях работы немало. Разумеется, не следует преувеличивать возможности каждого практического врача в этом отношении, точнее, их следует признать минимальными: ведь и крупнейшим научным центрам, обладающим всеми известными ныне оснащением и методами распознавания и лечения, это не всегда удается. Но в пределах возможного - чтения литературы из смежных дисциплин, проверки возможных вариантов с помощью консультантов - такое стремление всесторонне исследовать не поддающиеся обычному анализу наблюдения вполне возможно и порой весьма эффективно. Повторно обращусь к однажды уже использованному наблюдению. После операции по поводу вероятного спа-ечного процесса, приведшего к сдавлению спинного мозга, у больной развилось лихора-дочное состояние, не поддававшееся лечению всеми имевшимися в то время антибиоти-ками. Ревизия раны тоже ничего не разъяснила. Эта девочка буквально погибала. Все приглашенные консультанты не смогли помочь в установлении причины такого осложне-ния, пока еще раз не обратились к инфекционисту, хотя основные инфекционные заболе-вания до этого были, как казалось, надежно исключены. Известно было, что эта девочка за несколько месяцев до поступления в клинику была ранена ножом. Этот консультант-инфекционист поинтересовался, кроме всего прочего, тем, что это был за нож, для каких целей он использовался? Оказалось, им забивали свиней. Ну и что? - могли бы подумать многие врачи, незнакомые с тем не очень широко известным фактом, что таким орудием могла быть внесена специфическая инфекция, ставшая "дремлющей", как говорят врачи, но после операции "пробудившаяся" и вызвавшая тяжелейшее лихорадочное состояние. Эта инфекция поддается лечению не антибиотиками, а почти отставленными к тому вре-мени сульфаниламидами. Действительно, лечение препаратом этой группы оказалось вполне эффективным, и больную удалось спасти. Без настойчивого желания доискаться до причины такого необычного течения послеоперационного периода, если бы врачи дейст-вовали "по схеме", эта пациентка вряд-ли смогла бы выжить. 

Вместе с тем, врачи должны сознавать ограниченность современныях медицинских, как, впрочем, и многих других, знаний. Один из величайших ученых-мыслителей ХХ века, академик В.И.Вернадский, создатель теории ноосферы, утверждавший огромное общече-ловеческое значение науки, в то же время писал в своем труде "Философские мысли нату-ралиста" об ограниченности возможностей науки в познании природы. Очевидно, что степень этой ограниченности зависит от сложности объекта изучения, и вряд-ли любойдругой объект по этому критерию может сравниться с человеком. Сказанное относится к медицинской науке в целом. Тем более это относится к отдельному индивидууму-врачу. Вряд-ли существует статистика о количественном соотношении врачей сознающих и не сознающих этого. По лично моим наблюдениям и представлениям, над подобными проб-лемами задумывается меньшинство их них, не ограничивающее свои интересы вопросами своей специальности, как правило, весьма узкой в наше время. Подавляющее же большин-ство врачей (как и любых других современных профессионалов) - стараются, в меру своих способностей, добросовестно исполнять свои обязанности, руководствуясь реальными возможностями, предоставляемыми соответствующими разделами медицинской науки и технологии. Именно они - узкие специалисты - определяют постоянно возрастающий об-щий уровень эффективности лечебной помощи больным. Но, наряду с этим, существую-щие условия часто формируют у специалистов склонность рассматривать достигнутое, как некий абсолют. Так, было время, когда хирурги "знали", "были уверены", что после аппендэктомии пациент в течение двух недель должен неподвижно лежать на спине, да еще без подушки под головой - во избежание возможности малейшего напряжения пе-редней брюшной стенки, грозящей, как считали тогда, расхождением швов. Невро-патологи до недавнего времени "знали", что при тяжелой черепно-мозговой травме глав-ное для пациента, как уже упоминалось - покой, поэтому его ни в коем случае нельзя бес-покоить, менять его (пациента) положение, перемещать. Поэтому даже некоторые дейст-вия, необходимые для диагностики, считались недопустимыми. Со временем, как извест-но, все эти запреты были радикально пересмотрены. Подобное в известной мере неизбеж-но и при определенных обстоятельствах вполне оправданно. Так, во время, когда уровень нейрохирургии не позволял еще удалять внутричерепные гематомы, точный диагноз подобных состояний не имел практического значения, и тогда, действительно, в интересах больного или пострадавшего было не трогать его, не беспокоить: пользы это принести не могло, а осложнить его состояние могло. Когда же точный диагноз приобрел практичес-кое значение для оказания ему реальной и эффективной помощи хирургическим вмеша-тельством, требование покоя лишилось значения. 

Вместе с тем, желательно сознавать, что и многое из того, что нам сейчас "абсолютно точно известно", чем руководствуются, обязаны руководствоваться врачи в их деятель-ности, со временем тоже может оказаться не- или относительно верным; что одно из част-ных следствий неизбежной ограниченности знаний о человеке сказывается, в частности, в том пренебрежительном отношении к эмпирически найденным, не находящим (пока?) объяснения в рамках современных знаний, некоторым методам лечения, на протяжении сто- и даже тысячелетий доказавших свою эффективность, таких, как акупунктура, гомео-патия и некоторые другие. Неприятием, рассматриванием их как чуждые, антинаучные, дело не ограничивалось: с участием врачей эти методы и соответствующие целители под-вергались преследованиям и запретам в разных странах, включая США, как уже упоми-налось. Впрочем, это время давно миновало, и в наши дни наблюдается отчетливый крен в другую, противоположную сторону, допускаются к применению многие десятки самых разнообразных, в том числе - экзотических систем целительства. Судя по ряду собщений печати, это открыло обширное поле деятельности не только для соответствующих специа-листов, но и для откровенных жуликов, не упустивших возможности этим попользоваться. Хотя это мнение отнюдь не может претендовать на оригинальность, оно вряд-ли звучало бы здесь так категорично потому, хотя-бы, что в какой-то мере противоречило бы тому, что в этой книге говорится о недопустимости полностью отвергать старые, эмпирически найденные методы лечения, не находящие объяснения в рамках ныне существующих научных знаний. Но благодаря "Интересной газете" всякие сомнения на этот счет могут быть устранены. В этой газете были перепечатаны два материала на эту тему, опуб-ликованные в России, в журнале "Огонек". Им предпослана такая редакционная врезка: "Чудес на свете столько, что их все не счесть, утверждалось в одной бодрой советской песне. И приводились примеры: "Спутник режет небо надо мной, до Луны подать рукой". Выходило небогато на самом-то деле. Иное дело нынче: чудеса, можно сказать, - норма жизни. Откуда же их столько? Конец века ли тут причиной? Или тысячелетия? А может, дело в самих людях, в их растерянности? Особенно когда в любой житейской ситуации им кажется: куда ни кинь - всюду клин. Не на этой ли почве вспучились поросли отечест-венного оккультизма? Их процветание не обязано ли в первую очередь ущербности нашей воли, утрате веры в самих себя, в собственные силы? Два сюжета, которые мы предлагаем вашему вниманию, пожалуй, свидетельствуют как-раз об этом". 

Первый из этих материалов озаглавлен "И НЕ ВВЕДИ НАС ВО ИСКУШЕНИЕ..." Автор его сумел "разговорить" человека, называющего себя "Кучерявым Пузаном", отно-шение которого к данному предмету было таким: "Мне было жаль пациентов всевоз-можных гипнотизеров, магов и прочих целителей. (Речь не о тех, кто рождается, может быть, один на тысячу, действительно обладая экстрасенсорным даром. Речь о героях мно-гочисленных критических статей, которые не гнушались ничем, начиная от бессмыслен-ных манипуляций руками, заканчивая кастрюлями на головах пациентов и свечами, засу-нутыми в уши). Да, мне было жаль этих пациентов, но я отлично понимал, что деньги такое шарлатанство приносит хорошие". В 1994 году этот Пузан нашел двух сообщников-помощников, выполнявших подсобные функции, объявил себя "Оракулом "Преображе-ние" и, как он пишет, "Я стал целителем, который за совсем небольшую сумму очищал, снимал, омолаживал, лечил". Далее следует "ТАРИФ ЗА УСЛУГИ народного оракула "Преображение" (Конец 1996 года): 

Консультация - 75-100 тысяч рублей. Цена зависит от серьезности отрицательного воздействия на больного, от степни запущенности и времени, потраченного на беседу. 

Диагностика заболевания - 100 тысяч. 

Снятие порчи с помощью заговора - 50 тысяч. 

То же с помощью энергетического воздействия - 100 тыс. 

Энергетическая профилактика биополя человека, восстановление Лотоса, наращивание ауры - 100 - 150 тысяч (за каждый из трех необходимых сеансов). 

Снятие порчи по фотографии, лечение по телефону - 50 тысяч. 

Блокировка отрицательной информации, чистка энергоканалов - 50-100 тысяч за каждый из пяти сеансов. 

Обучение некоторым способам самопрофилактики - 25 тысяч за вид. 

Выход в астрал, чтение прошлых жизней - 50- 60 тысяч. 

Зарядка воды, воздействие на пищу - очищение ее от ядовитых шлаков, разовый заговор - бесплатно". 

Мы посчитали целесообразным привести эту обширную выдержку, чтобы читатель убедился в том, что почти то же обещают, широко рекламируют через средства массовой информации и подавляющее большинство других целителей. Быть может, это поможет им, читателям, на кого направлена соответствующая реклама, адекватно оценивать эти и подобные им обещания? 

Далее следует описание чрезвычайно успешной деятельности этого "целителя" в раз-ных городах России ("За сутки,- сказано в специальном примечании, - принималось от 30 до 60 человек"). Но самое удивительное не только для читателей, но и для самого "Ора-кула" заключается в том, что иногда его - вполне сознаваемые им как шарлатанские - дей-ствия, внушая истинно больным людям веру в возможность улучшения их состояния и волю к достижению такого результата, на самом деле оказывали положительное влияние на их состояние. Подобные случаи оказывали чрезвычайно сильное влияние и на самого "целителя", как он сам пишет: "Не знаю, кого больше из нас колотило. Простокваша, что кисла внутри со всеми странными ощущениями, накопленными за месяцы моего цели-тельства, несколько мгновений потерпела и устремилась вон из зажатой душонки. Впер-вые за последние тридцать лет я вспомнил вкус слез..." Несмотря на большие заработки, этот "целитель" под влиянием, видимо, нравственных терзаний, отказался от этой деятель-ности. Он оказался совестливым человеком, для которого деньги не главное. Но многие ли способны противостоять такому искушению, отказаться от таких материальных благ? 

Вторая статья озаглавлена "Чем сердце успокоится... Заметки не-профессиональной га-далки". В ней так же откровенно излагается технология и этого рода деятельности, столь популярной в наше время. Но это прямого отношения к нашей теме не имеет, и на этом подробно останавливаться не будем. 

"Пузан" начал свое повествование с такого утверждения: "Русские, по моему мнению, всегда были нацией нищих духом. И эта особенность делает нас, по сути, блаженней-шими из живущих. Нищета духа есть лучшее состояние для вливания веры в души. Нищий не будет спорить, не будет возводить собственные амбиции и заблуждения в раз-ряд основополагающих догм. Ну, может, немного посомневается и пойдет за источником убеждений: спасителем, помощником, ЦК КПСС. На этом строилось семидесятилетнее послушание. Тех же, кто не был нищим, вырывали с поля вон как дурную траву". Думается, это свойство не только русских, оно распространено гораздо шире среди людей. Но в США, судя по числу и, видимо, процветанию русскоязычных гадалок, "яснови-дящих", "целителей", даже жрецов таинственного сугубо африканского культа вуду и т.п., а также по интенсивности их деятельности, некая инерция такого рода активности дейст-вительно пришла из бывшего СССР. И вряд-ли их клиентами в большинстве случаев здесь, в Соединенных Штатах, являются действительно этнически русские люди. Т.ч. в этом с Пузаном вряд-ли можно согласиться. 

Можно привести еще множество примеров деятельности подобного рода целителей: как из печати, так и знакомых нам в какой-то мере из общения с бывшими их пациентами или по некоторым личным наблюдениям. Так, году в 1992 вблизи дома, в котором про-живает много русскоговорящих иммигрантов из бывшего СССР, на столбах появились то ли от руки, то ли на пишущей машинке напечатанные объявления о целителе, представ-лявшемся "учеником Вольфа Мессинга". Года через два знакомый американец принес мне какой-то журнал, содержавший рекламы разного рода целителей. Здесь наш "ученик Мес-синга" представлялся уже "специалистом русской народной медицины". Выступал он и в других ипостасях. Вскоре о нем в "Новом русском слове", о его чудотворстве появились обширные статьи одного скандально известного писателя и прочие рекламные материалы,в том числе - письма благодарных больных. Он обучил, видимо, чудотворству и свою же-ну, и вдвоем они представляют себя уже по-новому, именуют себя уже "институтом" (не помню каким, но институтом !). Я встречал только двух человек, которые обращались к ним, но в обоих случаях их "лечение" никакой пользы не принесло. В первом из них, ког-да это касалось вполне "обамериканизировавшейся", работающей женщины, они "чудо-творцы" - безропотно вернули деньги, ранее заплаченные. В другом, когда к ним с пре-тензией обратился пожилой человек, не владеющий английским, они попытались деньги не возвращать, но после того, как этот человек пришел со своим сыном, опять-же, деньги возвратили. Не знаю, как к подобным "превращениям" - из "ученика Вольфа Мес-синга" в "знатока русской народной медицины", а затем в "институт" и еще в кого-то - относят-ся другие, но у меня они вызывают явное недоверие ко всему, с такими "многоликими" деятелями и их метаморфозами связанным. 

Но пора, видимо, вернуться к основному предмету наших рассуждений и попытаемся найти ответ на занимающий нас вопрос: так кто же, какие они современные врачи? После ранее изложенного не может быть и речи о попытке дать всем им какую-то общую, единую характеристику. Были и есть среди них и праведники, и грешники любого сорта, лица всякой политической, да и любой прочей ориентации; выдающиеся мыслители, по-эты, писатели и музыканты - и лица, не проявлявшие к этому не только ни малейших способностей, но и минимального интереса; истинные альтруисты - и стяжатели, циники - и благородные люди. И это так же естественно, как и то, что среди них были люди самого различного роста, веса, цвета кожи и глаз, да и любых других свойств, характеризующих физический, равно как и интеллектуальный и духовный образ людей. Тем не менее, мож-но, думается, попытаться найти некоторые общие, усредненные черты, свойственные подавляющему большинству врачей. Это, думается, определенный консерватизм. В част-ности, это относится к их отношению к новому, передовому, перспективному, что нашло отражение в некоторых событиях последнего времени. Отчасти это понятно и оправданно спецификой работы: имея дело с живыми людьми, испытывая чувство ответственности за свои действия, врачи обязаны придерживаться определенных правил и официально приз-нанных норм и установок. Поэтому заранее оговорим, что последующее не может быть поставлено им - врачам - в укор. Но, полагаем, знать об этом, учитывать это необходимо. 

Некоторое время назад, в одном бостонском русскоязычном издании, специализи-ровавшемся, главным образом, на рекламе врачей, один из них поместил очередную свою статью, посвященную гомоцистеину. Сообщил об этом, как о новинке, хотя прошел уже ряд лет после появления соответствующей информации об этом даже в массмедиа на анг-лийском языке, не говоря уже о научных изданиях. В подтексте это звучало, примерно, так: "вот, мол, какие мы - M.D. - молодцы! Не жалея сил и не переставая печемся о вашем, читатели-пациенты, здоровье, и вот каких замечательных успехов добиваемся!" Но как относились ко всему, связанному с гемоцистеином широкие круги врачей на протяжении многих лет? Это напомнило, каким трудным, но весьма типичным в истории медицины вообще, был путь этого выдающегося открытия. Предположение о роли гомоцистеина в поражении кровеносных сосудов было впервые высказано молодым тогда врачом Кил-мером МкКулли еще в 1969 году на том основании, что он встретился со случаем, когда мальчик, страдавший редким врожденным заболеванием, сопровождающимся повышен-ным содержанием аминокислоты гомоцистеина в крови - гомоцистеинурией, умер в воз-расте 8 лет от сердечного заболевания. На вскрытии оказалось, что его артерии были "забиты", как у 80-летнего человека". Заболевание это весьма редкое, по статистике встречается среди американцев в одном случае из 200.000. Тем не менее, МкКулли вскоре встретился с описанием другого аналогичного случая с той лишь разницей, что по этой же причине мальчик умер в двухмесячном возрасте, тоже от атеросклероза. Появились экспе-риментальные доказательства роли повышенного содержания гомоцистеина в развитии атеросклероза у животных (обезьян, крыс и др.). Тогда же МкКулли опубликовал свое предположение - что у многих американцев содержание этой аминокислоты в крови повы-шено либо из-за диэтических погрешностей - недостатка фолиевой кислоты, либо из-за генетического дефекта. Такие люди, писал он почти 30 лет назад, входят в группу повы-шенного риска развития у них заболевания сердца. Реакция на это была приблизительно такая: "Это, видимо, неверно. Возвращайтесь к изучению холестерола и липопротеинов", пишет автор статьи в New York Times под названием "Скрытая аминокислота несет с со-бой риск не менее серьезный, чем холестерол". Он пишет далее: "Это особая ситуация", говоритдоктор Стампфер. "Люди, обеспокоенные проблемой заболеваний сердца, обра-щали внимание на кровяное давление и липиды, но, оказалось, есть еще один фактор рис-ка, не представляющий, однако, коммерческого интереса. Фолиевая кислота настолько дешева - не то, что лекарства, применяемые для лечения гипертонии и повышенного содержания холестерола". Поэтому, пишет он, "нет значительного коммерческого инте-реса в том, чтобы исследовать полезность фолиевой кислоты". В итоге, никто не хотел вникать в доводы МкКулли и понять их. И только совсем недавно некоторые исследо-ватели стали проявлять интерес к его теоретическим взглядам и вскоре получили резуль-таты, подтвердившие их. 

Казалось бы, речь шла об одной из актуальнейших и далеко не решенных проблем медицины, значение которой общепризнано, и любая новая возможность решения ее, любой новый подход к ней должен был встретить благожелательное отношение врачебной общественности, вызвать заинтересованное внимание тех, кто призван помогать много-численным больным, страдающим соответствующими заболеваниями. Но потребовались долгие десятилетия, пока это произошло, правда, не только из-за консерватизма врачей: есть, оказывается, еще одна причина, тормозившая проверку этого столь многообещаю-щего предположения отсутствие коммерческого интереса. 

Быть может, это исключение из правил, досадное недоразумение? Одной из меди-цинских сенсаций 1998 года, которой ведущие средства массовой информации посвятили обширные материалы, было открытие доктора Иуды (Джуды) Фолкмана, раскрывающее новые перспективы решения еще одной чрезвычайно важной проблемы общечеловечес-кого значения, над решением которой врачи бились веками - проблемы злокачественных опухолей. И следует восхищаться не только научной прозорливостью и настойчивостью врача-исследователя, но и тем, что он на протяжении многих лет проявлял убежденность в собственной правоте, настойчиво продолжал свою работу, не встречая понимания. Между тем, его идея нисколько не напоминала несбыточную фантазию и основана была на том очевидном факте, что для роста опухоли необходимо дополнительное кровоснабжение (питание). Это не может вызывать ни малейших сомнений. То, что для этого необходимо развитие дополнительных кровеносных сосудов во вновь образованной ткани, тоже оче-видно. Следовательно, поиски возможностей вмешаться в этот процесс ангиогенеза (обра-зования новых сосудов) не должны были представляться лишенными смысла и перспек-тив, а исследователь, вознамерившийся найти способы осуществления контроля над этим, должен был, казалось бы, вызвать интерес и сочувственное внимание врачебнойобщест-венности. На деле же этот безусловно выдающийся исследователь на протяжении многих лет тоже встречал во врачебной среде нескрываемо ироническое, если не употребить бо-лее резких определений, отношение. И приведенные примеры не являются редкими ис-ключениями из правил, они, скорее, типичны: такой же была судьба многих выдающихся исследователей-медиков и их открытий. 

Чтобы у читателя не сложилось впечатление, будто неприятие нового свойственно только американским врачам, приведем еще один (из многих!), тоже свежий пример. Недавно ушел из жизни Владимир Демихов, которого признают одним из виднейших пионеров современной трансплантологии. Умер в бедности и почти безвестности на родине, хотяспециалисты, особенно после начала успешных пересадок сердца и других органов, вполне сознавали величие его научного подвига и отдавали ему должное. Лишь незадолго до его кончины, когда это уже не имело для него значения и вряд-ли могло быть им воспринято, его наградили орденом. 

Подобных примеров много: даже такая очевидная в наше время вещь, как необхо-димость хирургического лечения острого аппендицита, на протяжении многих лет остаю-щегося наиболее эффективным при этом заболевании, в свое время встречала ожесточен-ное сопротивление. Повторим и особо подчеркнем: такой консерватизм врачей в какой-то мере понятен и правомерен. Но не менее характерно и то, что любые "узаконенные" но-винки, в том числе и те, что в дальнейшем оказывались даже вредными для больных, лег-ко подхватывались врачами, включались ими в арсенал своих лечебных средств. Все это необходимо учитывать при попытке дать определение современному врачу. Это профес-сионал, располагающий все возрастающими, но неизбежно ограниченными знаниями об объекте его деятельности и столь же ограниченными возможностями воздействия на него в желаемом направлении. Он не ученый, не исследователь, а практический деятель. Он, его возможности зависят от того, во-первых, что ему подскажет медицинская наука. Он зависит также в определенной мере от социально-экономических условий, действующих в данном обществе. И он, конечно, никакой не маг и не волшебник. С учетом этих объек-тивно существующих ограничений, врачи осуществляют свою благородную и социально весьма значимую деятельность. Это нашло даже отражение в российском фольклоре в виде такой сентенции: "Учиться нужно у профессоров, а лечиться у докторов". Ранее уже упоминалось, что состояние здравоохранения США вызывает тревогу в самых различных слоях американского общества, в том числе и у врачей. В связи с этим, рассмотрение дея-тельности и особенностей поведения врачей-иммигрантов в США, т.е. в новых для них социально-экономических и правовых условиях, может представить общественный ин-терес, т. к. может в определенной мере высветить особенности этих условий, позитивные и негативные свойства системы здравоохранения и законодателства этой страны. 

За годы жизни в США у меня накопился соизмеримый опыт общения как с амери-канскими, так и с бывшими советскими врачами, которых для краткости будем в даль-нейшем обозначать "русскими". К этому можно добавить и то, что достоверно стало из-вестно по этому же вопросу от своих родственников и знакомых. В итоге можно отметить много общего между теми и другими врачами. Различие заключается лишь в том, что с "русскими" врачами у русскоязычных пациентов чаще складываются более близкие, нео-фициальные отношения. Этому способтвует, возможно, не только язык и традиция, о которой мы уже упоминали, но и то, что известные мне "русские" врачи работают чаще в офисах, располагающих лишь одним смотровым кабинетом. Т.е. в каждый отрезок вре-мени они заняты лишь одним пациентом. Поэтому контакт с ним складывается блее тес-ным, менее опосредованным - в отличие от условий, создающихся в случаях, когда одно-временно в нескольких кабинетах находится четыре, пять, а то и более пациентов, и врач, на манерискуссного шахматиста, дающего сеанс одновременной игры, но далеко не всег-да будучи "гроссмейстером", подобным манером общается, занимается и решает пробле-мы всех этих больных. 

Профессиональные достоинства тех и других врачей, на мой взгляд, вполне соизмери-мы. Вместе с тем, среди "русских" - как и среди врачей вообще - нет полного единообра-зия. Среди них, думается, заслуживает быть выделенной одна группа именно потому, что ее существование в наибольшей мере характеризует некоторые особенности системы здравоохранения США. Краткий рассказ об этом назовем так: 

"НЕ-ПРОСТАКИ" ЗАГРАНИЦЕЙ". 

Вскоре после приезда в Бостон, я стал посещать группу по изучению английского языка. В этой группе выделялась одна женщина тем, что всем своим видом, одеждой, поведением, она как-бы старалась быть незаметной, ничем не выделяться. Однажды она пришла буквально преображенной: ярко, со вкусом одетая, с умело и со вкусом же нало-женным макияжем. У нее даже выражение лица изменилось, появился блеск в глазах. Пе-реполнявшие ее чувства трудно, видимо, было удержать, и она на первом же перерыве по-делилась ими с нами, сокурсниками. Оказывается, она "получила дисабилити!". Теперь она по праву, ничего не опасаясь, может по льготной цене пользоваться общественным транспортом, не стараясь выглядеть старше своих лет, поясняла она. Теперь у нее есть ответы на многие вопросы, которые ей могут быть заданы: все стало законным. "И все, - восторженно говорила она, - благодаря замечательному доктору Х. Я так благодарна лю-дям, которые мне его порекомендовали. Хоть к нему ехать далеко и неудобно, с двумя пересадками, но он такой умница, он всем помогает. Раньше я посещала другого врача, но поняла, что от нее я дисабилити не дождусь". Такая слава, конечно, широко распро-странялась, недостатка в пациентах у этого "дисабилитолога" не было. Через несколько лет его дела, благодаря этому, настолько пошли в гору, что он переехал в Бостон, открыл большой собственный офис, и работает в нем по методу "многостаночника". Нужно при-знать, что он был не один в Бостоне: по меньшей мере еще один достиг такого же успеха в этом деле. 

Еще об одном я узнал от своего родственника, живущего в Нью-Йорке. Он впервые пришел на прием к врачу - сыну своего друга, четыре года назад получившему лицензию, но уже сумевшему обзавестись большим, с четырьмя смотровыми комнатами, офисом. Работал этот врач в совершенно непривычном для пациента - бывшего жителя Ленинграда - темпе. С этим пациентом, знавшего врача с младенческого возраста, у него (врача) тоже не было времени долго заниматься. Когда мой родственник спросил, почему такая спеш-ка, ему было отвечено: "Дядя Сеня, я не сделал еще своего первого миллиона". 

Наконец, еще один, на этот раз, изобличенный "новатор". Несколько лет назад, буду-чи в Нью-Йорке, я в одной из телевизионных передач видел результаты очень тщательно и умело проведенного расследования журналистом деятельности врача-дерматолога. Прав-да, не мог установить, из "наших" ли (иначе говоря, "русский" ли) он. Независимо отэто-го, случай этот представляет определенный интерес. Суть "изобретения" этого врача зак-лючалась в том, что он открыл в своем офисе массажный кабинет, и под видом меди-цинского массажа (оплачиваемого медицинскими страховками), предлагал своим пациен-там обычный, косметический массаж лица, за который им платить не нужно было. Таким образом он приобрел добровольных и преданных сообщников, заинтересованных в про-цветании этого начинания: массажистов, получивших работу, и пациентов (точнее, паци-енток), заинтересованных в этой услуге, для них лично превращенной в бесплатную. Повторно привожу этот случай, чтобы подчеркнуть одну важную, на мой взгляд, деталь: когда журналист сказал этому "новатору", что кожа лица пациентки выглядит вполне здоровой, врач высокомерно ответил, что так может казаться только не-профессионалу, ему-де, специалисту, виднее, Но когда журналист предъявил ему письменное заключение другого, видимо, весьма авторитетного профессора-дерматолога (которым он, в ожидании подобного ответа, надо полагать, загодя заручился), в котором было написано, что у дан-ной женщины нет никаких признаков патологических изменений кожи, этот до наглости самоуверенный в своем мнимом величии и неуязвимости врач на-глазах сник и приобрел вид нашкодившего подростка, осознавшего, что выхода нет, и придется отвечать за соде-янное. 

Примеров подобного много, но о всех их писать невозможно, да и вряд-ли нужно. Приведем лишь несколько заголовков ряда публикаций русскоязычной прессы США на эту тему: "Русские" врачи присвоили два миллиона долларов", "Мошенничество в систе-ме Медикэра", "Городской ревизор разоблачил врачей-мошенников", "Проверка в боль-ницах" и др. Разумеется, не только некоторые из "русских" врачей отличаются подобной "сметливостью". Так, совсем недавно, 15 декабря 1998г., газета "Новое русское слово" опубликовала краткую информацию под названием "Махинаторы от медицины", в кото-рой речь шла о широкомасштабной афере вьетнамских врачей, а в другом материале этой же газеты, опубликованном ранее ("Автомобильная шарашка в Нью-Джерси"), - о выход-цах из Доминиканской Республики. О подобных проделках американских врачей читать не доводилось,но если они и встречаются, их в процентном отношении неизмеримо мень-ше, чем в среде врачей-иммигрантов. И правомерно, вполне обоснованно возникает воп-рос: нет ли вСША особых условий, подвигающих некоторых врачей, приехавших в США из других стран, на такие "подвиги"? Не обнаруживают ли они здесь особо благоприят-ных условий для этого? 

Способы мошенничества были различными, но во всех случаях были использованы особенности законов и системы здравоохранения данной страны, затрудняющие, видимо, осуществление должного контроля за деятельностью врачей. Но нельзя не заметить, что и в других странах подобные возможности имеются. О России и бывшем СССР кое-что уже было сказано. Можно сослаться еще на статью, опубликованную в "Известиях" 7 мая 1997 года: "Реклама двигатель болезней". Упоминавшаяся книга доктора Нудельмана говорит о том, что и в Израиле соответствующие возможности имеются, равно как и желающие и способные их использовать. Были сообщения о подобном в Германии (см. "Новое русское слово" от 5 августа 1997 г.). Но по массштабам этого США намного опережают другие страны. По сведениям, котрыми мы располагаем, в других странах счет идет на милли-оны,а в США - на миллиарды, даже на десятки миллиардов долларов. Значит, есть здесь некие дополнительные возможности для такого рода деятельности, которые следует искать и пытаться раскрывать. Без этого расчитывать на заметный успех в деле оздоров-ления системы здравоохранения США вряд-ли можно. Поэтому мы к более подробному анализу таких проделок еще вернемся. 

Существует еще одна, не вступающая в конфликт с законом, формально даже вполне легитимная форма деятельности некоторых "русских" врачей США, но тоже содержащая элементы обмана пациентов. Чуть-ли не ежевечерне по телевизору передается реклама физиотерапевта. Послушать ее, несведущий человек может подумать, что это какой-то особый, исключительный специалист, хотя при должной "расшифровке" того, что в высо-копарных выражениях говорится об этом враче и ею самой, ничего сверхобычного нет, сплошные банальности. Для придания несвойственного ему "веса", о другом физиоте-рапевте радио WMNB каждое утро вещает примерно так: "Если вы испытываете боли в спине, шееили в суставах, если у вас ущемлены нервы - только (!?) доктор Х. может вам помочь. Доктор Х. - член академии медицинских наук и член конгресса физиотерапевтов, его офисоснащен новейшим оборудованием ..." и т.д. А поскольку он такой знаменитый и особенный, в его офисе "принимаются все страховки, кроме медикэйда". (Попутно нельзя не заметить, что некоторые из подобных "академиков" или по иным причинам считающих для себя зазорным "принимать мэдикэйд", не отказывают себе в удовольствии покрасоваться среди тех, кто на словах рекламиреут себя как горячие защитники интере-сов иммигрантов, многие из которых таким образом из числа пациентов этих "защит-ников" заранее исключаются). Здесь расчет строится на том, что в СССР, и здесь, в США, звание "член академии медицинских наук" по своему значению совершенно различны: там (по идее) -высшее признание научных заслуг, здесь - что соискатель, даже имея лишь формальное, хотя-бы малейшее отношение к научно-исследовательской работе, согласил-ся заплатить "от своих щедрот" около ста долларов за соответствующий сертификат. 

Так же некоторые эксплуатируют звание "профессор", значение которого в США так-же совершенно иное, чем оно было в СССР. Так, об одном офтальмологе вещают (опять-таки примерно) так: "Профессор Y. хорошо известен в США и за их пределами". Я наб-людаюсь действительно известным в мире, выступавшим с докладами во многих странах специалистом, но он вполне довольствуется званием "доктор" и вообще обходится без широковещательной рекламы. Тем не менее, недостатка в пациентах он не испытывает: за него говорят результаты его работы. Другие - осознанно или нет, только из желания пока-заться особо информированными, выступают в печати с заявлениями, способными выз-вать лишь удивление. Так, один бостонский преуспевающий бизнесмен от медицины (тот же "специалист по гомоцистеину") опубликовал статью, в которой, ссылаясь на недавно прослушанный где-то доклад, утверждает, что нормальное систолическое ("верхнее") кро-вяное давление равно 112 мм ртутного столба - ни на миллиметр больше, ни меньше. Так же жестко определено им и диастолическое ("нижнее") давление, допустим, 72мм (точно этот уровень не запомнил, возможно, 70). В других своих регулярных выступлениях в пе-чати он ратовал за широкое применение лекарств и даже упрекал русскоязычных паци-ентов в том, что они пытаются ограничивать их прием. Сопоставьте все это и представьте себе, что может случиться с лицами (если таковые найдутся), поверившими утверждению данного врача о том, что является нормой, к которой необходимо стремиться, невзирая ни на что, поглощая таблетки без счета в стремлении добиться этой "нормы". Думаю, мало кто из них долго выдержал бы такое "лечение". Но больше всего поражает узость мыш-ления этого M.D., воспитанного, видимо, на абсолютной вере любой схеме, готового пове-рить всему, и не способного сопоставлять сказанное кем-то с личным опытом. Вряд-ли его можно зачислить в число последователей рабби Моше бен Нахмана, о котором ранее упоминалось: он явно относится к типу людей, с которыми этот мудрый человек иденти-фицировать себя отнюдь не желал. Впрочем, можно допустить и другое объяснение такой тактике этого врача: он не упускает ни одной возможности "быть на-виду", напомнить о своем существовании и успехах в лечении (каковые бывают у любого врача) с целью при-влечения новых пациентов. В упомянутых и других подобных его статьях он пытается выглядеть оригинальным, не похожим на других специалистом, на которого, возможно, могут возложить надежды люди, не получившие помощи у других, обычных, не превоз-носящих себя врачей. 

Что толкает некоторых врачей-иммигрантов на такой путь? Почему подобное встре-чается в разных странах, является чуть-ли не имманентным этой профессии? Нет ли чего-то специфического в ней, в этой профессии, создающего возможности или даже стиму-лирующего некоторых ее представителей на такого рода поступки? - об этом попытаемсяпорассуждать в заключительной части этой книги. 

Б. ... И ПРИМКНУВШИЕ К НИМ 

ФАРМАЦЕВТИЧЕСКАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ. Давным-давно миновало время, когда целители сами искали и заготавливали растительные и прочие природные лечебные сред-ства. В цивилизованных странах нет уже аптек, в которых из кем-то заготовленного при-родного или иного сырья готовили отвары, настои и настойки, смешивали порошки и го-товили иные лечебные средства. Сейчас все это поставлено на солидную исследователь-скую и промышленную основу. Аптеки получают все в готовом виде, и их роль сузилась, они призваны лишь доносить продукцию фармацевтической индустрии до потребителя. Что же собой представляет эта промышленность? О масштабах ее в США можно получить некоторое представление по "Physician's Desk Reference" ("Врачебному настольному справочнику"), имеющемуся в любом врачебном офисе. Это огромный, крупноформат-ный фолиант (28х22,5 см.). Более 2500 страниц его заполнены мелким, весьма убористым текстом, посвященным, главным образом, краткому описанию лекарственных препаратов. В имеющемся у меня 46-м издании этого труда (1992г.) значится более 200 компаний и лабораторий, производящих разного рода продукты, главным образом терапевтического, но также и иного медицинского назначения (для рентгенодиагностики, реактивов для лабораторий и др.). Подсчитать общее количество наименований можно, но трудно, да и вряд-ли целесообразно, т.к. за прошедшие годы оно, надо полагать, заметно изменилось. Укажем лишь, что на произвольно выбранных двадцати страницах этого тома значится 63 наименования лекарств. Из этого можно предположить, что общее число их в этом спра-вочнике было в 1992 году порядка 6,000 6,500. 

В связи с этим вспомнился такой случай из собственной биографии. 

Незадолго до окончания нашим курсом Военно-морской медицинской академии, один из преподавателей-терапевтов сказал нам, уже почти (или "без пяти минут") врачам (по смыслу) так: "На занятиях по фармакологии и по клиническим дисциплинам вам препо-даватели говорили о многих сотнях различных лекарств. Но я могу вас заверить, что подавляющее большинство из них вы никогда употреблять не будете. Я постараюсь составить и перед выпуском снабдить вас кратким списком действительно необходимых лекарств, которыми вы вполне сможете обходиться". И действительно, незадолго перед выпуском всех нас, молодых врачей, снабдили таким списком, изданным нашей академи-ческой газетой "Военно-морской врач". Этот список по объему соответствовал двум полосам газеты обычного формата (типа "Известий" или "Нового русского слова", например). Т.е. вместо одной или даже нескольких солидных книг, мы получили неболь-шую как-бы брошюру-справочник, содержащий информацию, по-настоящему полезную и необходимую, особенно на первых порах для выполнения предстоявшей нам, да и вообще повседневной врачебной работы в то время. Это был очень удобный краткий список, в котором по группам были представлены все наиболее употребительные из имевшихся тог-да в СССР лекарств. Разумеется, пользование им не исключало необходимости обращать-ся к более солидным источникам, к книгам и журналам, но такая потребность возникала нечасто. Очень сожалею, что после многих лет хранения этой реликвии, я ее уничтожил перед отъездом в США. Нет сомнения в том, что даже при самом экономном и раци-ональном подходе, этот список в наше время пришлось бы значительно расширить: ведь тогда в СССР практически не было еще антибиотиков, многих современных анестетиков и многого другого, не говоря уже о вайагре. Но тогда речь шла о сотнях, а сейчас - о тысячах лекарств! Насколько это оправданно и необходимо? Нет ли возможности и его современный перечень - сократить в разумных пределах? Действительно ли необходимо такое изобилие лекарственных препаратов, или можно обходиться меньшим количеством? 

Недавно я столкнулся с таким случаем. Моей родственнице после операции по поводу глаукомы и катаракты врач предписал глазные капли - 1% Pred Forte (Prednisolone acetate), предупредив, что никакие заменители непригодны и недопустимы. В аптеке, од-нако, отказались выдать этот препарат, предлагали только заменитель на том основании, что при написании рецепта не были соблюдены необходимые формальности. Оказывает-ся, в подобных случаях врач должен на рецепте дополнительно написать: "No substitution. Brand name mediсаlly necessary" ("Никаких заменителей. Оригинальный препарат необхо-дим по медицинским показаниям"). Этот и подобные случаи о многом говорят и о мно-гом вынуждают задуматься. Во-первых, почему фармацевт так упорно отказывался от-пустить "Brand name"? Какая для него разница? Оказывается, разница вполне понятная - в цене: оригинальные препараты, в создание и рекламу которых вложены немалые сред-ства и на которых изготовитель хочет и имеет возможность получить прибыль, стоят намного дороже "заменителей". Кавычки в данном случае применены с умыслом, они отражают то, что, как мы можем судить по приведенному вполне типичному случаю, последние по своему фармакологическому действию отнюдь не заменяют оригинальное лекарство. Но специалист-фармацевт в своих действиях, настойчиво отказывая в выдаче оригинального лекарства и предлагая другое, исходил из того, что оно вполне заменяет (substitute). В чем же дело? Что, фармацевт не знает действия лекарств? В данном случае в это трудно поверить, т.к. мы имеем дело с весьма опытным специалистом, неоднократно доказавшим свою компетентность в его профессиональном деле. 

Как видим, даже в одном частном случае мы сталкиваемся с клубком противоречий. Оказывается, все это вполне объяснимо, все упирается в деньги. Дело в том, что фирма-создатель и изготовитель нового лекарственного средства в течение ряда лет сохраняет исключительное право на его производство и продажу. Это вполне объяснимо, учитывая уже упомянутые затраты на исследовательскую работу, наладку производства и многое другое, включая рекламу. Она - фирма - стремится, естественно, как можно скорее не только окупить все затраты, но и получить максимально возможную прибыль. Другие фирмы выпускать это лекарство в течение этого периода не имеют права. Но оно имеет спрос, уже получило известность благодаря рекламе, и выпуск чего-либо подобного ста-новится чрезвычайно привлекательным. Таким образом, видимо, и появляются "замени-тели", которые не заменяют или только в чем-то, частично лишь заменяют то, ориги-нальное, целенаправленно, в результате преследования совершенно определенных целей созданное средство. 

Разъяснения по многим из возникших вопросов дал журналист Михаил Вартбург в статье "Все еще не выигранная война", опубликованной в приложении к израильской га-зете "Вести" - "Окна" - от 24 апреля 1994 года. По причинам, ранее упомянутым, фарма-цевтческие и биотехнологические фирмы заинтересованы в производстве и выпуске как можно больше Brand New продуктов. Из этого следует, что фирмы-производители зави-сят от исследователей, синтезирующих и проверяющих новые препараты, они заинтере-сованы в них и готовы платить сотни миллионов долларов за исключительное право ис-пользования их разработок. Это, в свою очередь, развращающе повлияло на ученых-ис-следователей. В итоге, пишет М.Вартбург, "Сегодня в медицинских и генетических ис-следованиях на первый план выдвинулись ученые нового типа - "исследователи-дельцы", которые с большим успехом оперируют в обеих сферах своей деятельности. В подтвер-ждение этому, он ссылается на такое утверждение: "Наука уже не та, что была прежде, говорит калифорнийский профессор Уилкис, - Раньше ученые проводили чисто научные исследования и блюли моральные принципы. Сегодня все стараются сорвать куш по-больше". 

В итоге возникла общность целей исследователей и производителей и сращение их интересов, что имело не только экономические, но и ряд иных негативных последствий. В частности, пишет тот же автор, под видом новых нередко выпускались препараты недос-таточно качественные, не имевшие преимуществ по сравнению со старыми, а порой и уступавшие им не только по терапевтической эффективности, но и по степени безопас-ности применения Так, в статье приводятся следующие статистические данные: "Иссле-дования показали, что из 348 новых лекарств, выброшенных на рынок между 1981 и 1988 годами, только 12 имели серьезное терапевтическое значение и еще 44 "умеренно важ-ное значение"; остальные 84% никак не сказались на улучшении здоровья пациентов". Более того: "Еще большую тревогу вызывает тот факт, что многие из поспешно выбро-шенных на рынок лекарств оказывают вредное побочное действие на человеческий орга-низм" Правомерно сомнение в обоснованности столь серьезных утверждений. Но сош-лемся на заметку, основанную на материале солидной англоязычной газеты, и опубли-кованную газетой "Новое русское слово" от 12 июня 1998 года под названием "Смерть из-за лекарств". Ее краткость и актуальность содержания позволяют привести ее полностью: "Газета "Los Angeles Times" сообщает о результатах небесспорного, хоть и впечатляю-щего исследованияо "пользе" прописываемых врачами лекарств. По опубликованным в "Journal of the American Medical Association" данным, в одном лишь 1994 году от непра-вильного употребления лекарств скончались от 76 до 137 тысяч человек. 

Это делает так называемую реакцию отторжения лекарств (adverse drug reaction) пятой по масштабам причиной смерти американцев. Каждый третий из тысячи больничных пациентов в США был отправлен на тот свет прописанными медикаментами. Более того, из 33 млн госпитализированных больных около 2,2 млн испытывали от неудачно пропи-санных лекарств проблемы, достаточно серьезные, чтобы им панадобилась дополни-тельная медицинская помощь. Разумеется, это не означает, что на лекарствах нужно пос-тавить крест. Но более осторожное отношение к ним не помешает. А такого отношения у американцев, слывущих во всем мире отчаянными "пилюлеглотателями", как раз нет. Среди наиболее опасных снадобий первенствуют щедро прописываемые в больницах болеутоляющие - от наркотиков, которые блокируют дыхание, до аспирина, вызывающего внутреннее кровотечение". О других лекарствах: "они могут вызвать жесточайший по-нос". Или: "Иные лекарства, назначаемые при сердечно-сосудистых заболеваниях, спо-собны породить целый спектр проблем, включая опять же внутренние кровотечения. Вывод исследователей однозначен: десятилетиями Америка недооценивает масштаб отрицательной реакции организма на лекарства". 

Нужно заметить, что и остальные серьезнейшие утверждения М.Вартбурга, касаю-щиеся, в частности, медицинской науки в США, тоже находят подтверждение в публика-циях весьма солидных, в том числе специализированных медицинских изданий. 

Продвижение таких незрелых Brand new лекарств требует мощного рекламного прес-синга на потенциальных покупателей. Согласно тому же источнику, "из 67 миллиардов, затраченных населением в одном только 1990 году на предписанные врачами лекарства, свыше трети (т.е. более 22 миллиардов долларов ! - М.Ц.) ушло на рекламирование всех этих сотен "новинок". Подчеркнем, что здесь речь идет только о "предписанных врача-ми", а сколько лекарственных средств распространяется без рецептов врачей и реклами-руются не менее, а, пожалуй, даже более яростно и старательно! Иначе говоря, если учесть характеристики большинства выпускаемых лекарств, данную в этой статье, потре-битель- народ - оплачивает весьма щедро даже то, что его, мягко выражаясь, не вполне правдиво информируют о достоинствах и недостатках настойчиво рекомендуемых ему, нередко вместо жизненно-необходимых для него лекарств. Это объясняется не только (возможно, даже не столько) стремлением создателей и производителей оригинального нового продукта наиболее успешно реализовать его, но и тем, что "Вдобавок фармацев-тические компании, как правило, ориентированы не столько на разработку новых лекарств, сколько на копирование достижений конкурентов и в любом случае - на скорейший успех, даже ценою качества". 

Мы отметили лишь часть действующих в настоящее время условий, влияющих на де-ятельность фармацевтической и биотехнологической индустрии США, и многообразных негативных последствий этого влияния. Все это вызвало, пишет М.Вартбург, тревогу в высших органах власти США. В Сенате обсуждалась ситуация, возникшая отчасти из-за принятых ранее некоторых законов, и предлагались меры противодействия указанным явлениям и тенденциям. Однако сообщений о каком-либо заметном успехе в этом деле за последовавшие после опубликования цитированной статьи, встретить нам не удалось. 

Учитывая это сообщение, становится понятным, во-первых, зловещая роль уже су-ществующей тенденции объединения между исследовательскими учреждениями и произ-водителями товаров медицинского назначения, когда для первых и вторых главным ста-новится прибыль. Не решение чисто исследовательской задачи, не нахождение действи-тельно нового или действительно лучшего, более эффективного или лишенного недостат-ков лекарства, а извлечение возможно больших доходов. М.Вартбург приводит пример, когда мощная фармацевтическая компания "на-корню" закупает исследовательскую лабо-раторию и результаты ее разработок за 300 миллионов долларов США. Ясно, что уже она- компания - многое диктует лаборатории и по-своему распоряжается результатами ее работы. Мы, разумеется, не знаем содержания документа, но вряд-ли без этого был бы "подписан контракт между крупнейшей в Соединенных Штатах научно-исследова-тельской лабораторией "Скрипс" и швейцарской фармацевтической фирмой "Сандос", как пишет тот же автор. В таких условиях не столь уж невероятными представляются статистические данные из этой статьи, которые были приведены ранее. Столь же понят-ным становится и то, что фармацевтические компании тратят десятки миллиардов долла-ров на рекламу своих продуктов. 

К сожалению, Михаил Вартбург не указывает источники приводимых им статисти-ческих данных, и мы не можем поручиться за их абсолютную точность. Но то, что все эти явления в США имеют место, совершенно очевидно. Можно ли ожидать радикальных изменений в этом деле в недалеком будущем? К сожалению, оставаясь реалистами, сле-дует признать, что практически доступных путей к этому при существующих условиях не просматривается. Даже в предлагаемых реформах системы здравоохранения США эта проблема не занимает подобающего места. Промелькнуло, правда, сообщение о том, что за последнее время стоимость лекарств не возросла. Но, думается, это результат вре-менного удовлетворения аппетита или даже пресыщения производителей, т.к. их возмож-ности действовать в прежнем духе сохранились полностью. 

РЕКЛАМА и СРЕДСТВА ИНФОРМАЦИИ. В газете "The Boston Globe" от 21 февраля 1998 года была опубликована статья "Television Channels for the Community", содержащая ряд критических высказываний по поводу влияния современной рекламы на жизнь аме-риканцев. Автор отмечает, что индустрия информации США стала всепроникающей и не-вообразимо доходной. Владельцы всех типов средств информации настолько консолиди-ровались, что менее 10 конгломератов контролируют все, что мы читаем, смотрим и слу-шаем. Реклама подхлестывает наши желания приобретать товары и услуги, и получается, пишет автор, порочный круг: средства информации повышают наш спрос на изделия и услуги. Чтобы стать способными оплатить эти приобретения, мы вынуждены работать больше и тяжелей. Поэтому, придя домой изможденными после такой работы, способны лишь пасть на диван, чтобы видеть и впитывать все новые и новые рекламные объявления. 

Каждый пользователь американского телевидения на собственном опыте может убе-диться в справедливости этой оценки: рекламируется все: средства избавления от избы-точного веса - и жирная, высококалорийная пища; острые блюда с большим содержанием чеснока - и средства избавления от неприятного запаха этого растения; любые инстру-менты и техничес-кие новинки - от отверток до новейших автомобилей; верхняя одежда - и средства ухода за интимнейшими частями тела человека и т.д. и т.п. Но и на этом, в высшей степени пестром фоне, особое место занимает реклама лекарственных средств. При том невообразимом изобилии их в США, фирмы-изготовители в значительной, быть может, даже в решающей мере зависят от продвижения своей продукции к покупателю. Роль и значение рекламы в этом деле трудно переоценить, разумеется. Эта зависимость рекламодателей не ускользнула от внимания рекламных агентов и средств информации, и этот бизнес стал одним из основных источников доходов газет, радио и телевидения. Расцвету этого дела способствовало и то, что средства информации не несут ответст-венности за содержание публикуемых объявлений, поэтому некоторые из них могут и готовы рекламировать все, за что бы ни платили, и чем больше, тем лучше. Что касается лекарств, методов лечения и прочих медицинских услуг, то распространению в прошлом тех из них, которые после какого-то времени широкого использования были признаны вредными и не подлежащими дальнейшему применению, в значительной мере тоже спо-собствовала реклама разного рода. По этой ли, или по другим причинам, но основные англоязычные средства информации США - солидные газеты, радио- и телевизионные компании в настоящее время проявляют определенную требовательность и разборчивость в этом деле, не столь падки на явно сомнительную информацию подобного толка. Для та-кого рода реклам существуют особые, специализированные издания типа "Spirit of Change Magazine", в которых представлены самые различные, включая самые экзотические видыцелительства. Так что, свобода слова и в этом отношении не ущемлeна, и речь может идти об осознании оcновными СМИ США ответственности перед читателями за публи-куемые материалы на эти темы. 

К сожалению, этого нельзя сказать об их русскоязычных собратьях в этой стране. Мы уже частично сталкивались с этим в предшествовавших главах, но, думается, по сво-ему потенциалу негативных последствий эта проблема заслуживает более подробного спе-циального рассмотрения. Факт таков, что нередко в одном и том же выпуске газеты чита-телю преподносятся взаимоисключающие взгляды на лечение тех или иных заболеваний: одни авторы излагают это с точки зрения официальной, научной медицины, другие вну-шают, что эти же заболевания можно даже лучше, успешнее вылечить "космической энер-гией", шаманством и т.п. Один пример такого рода, касающийся лечения нервных заболеваний, мы приводили ранее, но есть и более впечатляющие. Так, в "Новом русском слове" от 19 января 1999 года можно прочитать статью с информацией, что называется, "спереднего края" современной медицинской науки - "Раскрыть тайну рака поможет гене-тика". А всего лишь полтора месяца ранее эта же газета поместила отрывок из книги Евгения Гольцмана "Знаменитые психопаты. Защита от порчи и сглаза", в котором чита-ем, например, такое: "Знахарь тоже часто хочет выяснить причины недуга. Правда, цельу него, как правило, совсем не та (что у врача - М.Ц.), и речь в этом случае идет не о микробах или химических соединениях, действующих на человеческий организм, а о том,кто навел порчу. Тот, кто вызвал болезнь, может ее и излечить". Значит, не от генетики можно ожидать реальной помощи, а от противостояния "дурному глазу". Откуда же он берется, как возникает такой "глаз"? Источников в этой книге перечисляется множество, и перечислить все невозможно. Ограничимся лишь одной, но, наш взгляд, достаточно красноречивой цитатой: "Сделать свой взгляд губительным можно и намеренно. Например, согнувшись и смотря на стоящего позади тебя через раскоряченные ноги Именно так поступали колдуны в исландских сагах. Вообще глаз, смотрящий через какое-либо искусственное или естественное отверстие, приобретает магические способ- ности. Прежде всего, он может, как через замочную скважину, заглянуть в мир духов. В Италии предлагается (не предлагалось, а предлагается! - М.Ц.) такой путь получения дурного глаза. Жаба помещается в сосуд с алкоголем. Она умирает в нем с открытыми глазами. Если через 24 часа после этого печальноог события посмотреть на нее, можно перенять у нее способнссть глазить. Дар глазить можно утаследоывть, если схватить за вытянутую руку умирающего, который им владел. Во всяком случае, в это верили во Франции. ВНорвегии говорили, что если женщина покормит грудью взрослого мужчин, его взгляд приобретает такую силу, что может убить любое живое существо, за исключением человека". 

Можно ли, даже нужно ли писать о подобном? В этом нет сомнения, если рассмат-ривать это в соотвествующем контексте - историческом, мифотворческом и т.п. Автор пишет, что в каждой стране причины и проявления "дурного глаза" были различными, что само по себе должно, вроде-бы, вызвать сомнения, по меньшей мере, во многих из них. Но подобные "мелочи" рекламодателей и публикаторов всяких экзотических методов лечения ни в малой мере не смущают, они ведут себя весьма агрессивно, не только превозносят эффективность своих сомнительных снадобий и всякого рода "магических" действий, но и в искаженном, уничижительном тоне пишут о научной медицине. Ранее мы упоминали о рассылаемом по разным адресам письме, рекламирующем средства "очистки". Оно, как уже было сказано, начинается с утверждений, призванных запугать читателя. Через некоторое время эта "страшилка" появилась на страницах газеты "Новое русское слово". Многократно, регулярно, на протяжении многих месяцев ей уделялось целых две полосы (!) - важное свидетельство соблюдения Первой Поправки к Консти-туции США, но и процветания этой фирмы, ее финансовых возможностей. Затем эта же (или подобная ей) реклама регулярно стала публиковатся той же газетой , а потом и рядом других изданий, правда в "концентрированном виде" - "всего лишь" на одной полосе под такими, например, заголовком: "ГЛАВНАЯ ПРИЧИНА ЛЮДСКМХ СТРАДАНИЙ" и под-заголовком: "Знаменитый (!?-М.Ц.) д-р Норман Уокер: в течение 60 дней вы можете стать на путь прекрасного самочувствия, преодолеть массу недугов и обеспечить здоро-вую жизнь до 100 лет и более". Все это типично для рекламного бизнеса, и к этому не мо-жет быть предъявлено претензий. Но расхваливание подобных товаров сопровождается такими, например, утвержедниями: "Несмотря на наличие миллионов дипломированных врачей и специалистов, лучшего медицинского оборудования и современных превосход-ных госпиталей, человек 20-го века болеет больше, чем любое животное. Более того, задумайтесь над тем, что процент населения, страдающий такими серьезными болезнями как рак, склероз, инфаркт и инсульт, все время растет, несмотря на прогресс медицины". Значит, должен читатель сделать вывод,современная медицина - хочет она того, или нет - приводит к росту заболеваемости людей, т.е. приносит человечеству вред. Далее следует уже упоминавшийся тезис о том, что "...общее загрязнение организма - это первопричина практически всех (здесь и далее подчеркнуто нами - М.Ц.) известных и еще неизвестных (!? - М.Ц.) заболеваний". Далее следует ссылка на "отца медицины, легендарного Гиппо-крата": "Болезнь не сваливается на голову, как гром с ясного неба. Она является резуль-татом постоянных нарушений законов природы. Постоянно расширяясь и накапливаясь, эти нарушения внезапно прорываются в виде болезни, носия внезапность только кажу-щаяся". Думается, такой этиогенез свойственен далеко не всем болезням. Как уже отме-чалось, во времена Гиппкрата шагом вперед было представление о том, что болезни воз-никают от воздействия солнца, ветра и других подобных причин. Таким представляли се-бе в то время происхождение любых болезней, в том числе, скажем, эпилепсии и малярии (как у Филисиуса) и всех других, но в наше время подобный взгляд на происхождеие многих болезней представляется совершенно неверным. Что же касается статистики час-тоты перечисленных заболеваний, думается, что авторы не учли того обстоятельства, что большинство из них характерны для возрастных периодов, до которых обычно люди в прошлом не доживали. На чем основаны утверждения о частоте болезней у животных (домашних или диких?) неизвестно. Но если это действительно так, возникает вопрос, "очищаются" ли они и каким именно образом? 

Все сказанное здесь вовсе не означает отрицания полезности всего старого. Так же, как в определенных условиях, для выполнения определенных работ кирка и лопата не только заменяют сложные угледобывающие комбайны, экскаваторы и бульдозеры, но да-же имеют перед ними неоспоримые преимущества; так же, как для определенных расче-тов (например, площади прямоугольной комнаты) достаточно рулетки и способности произвести примитивное арифметическое действие умножения двух величин; также, как для перемещения в пространстве иногда неприменимы какие-либо большие транспортные средства (например, внутри квартиры), и здоровые люди вполне обходятся собственными ногами - так же и многие эмпирически найденные в глубокой древности способы цели-тельства - но, опять же, в определенных условиях - остаются полезными и заслуживаютприменения. Более того, лично я, неоднократно имевший возможность убедиться в полез-ности и эффективности гомеопатии и акупунктуры, иногда рекомендую близким мне людям начинать лечение именно с них. Примечателен один из примеров такого рода. В разговоре по телефону с одним из моих близких друзей, живущим в Чикаго и страдавшимс недавних пор жесточайшими болями, я высказал предположение, что причиной их яв-ляется невралгия тройничного нерва и посоветовал, в случае подтверждения этого пред-положения, обратиться к специалисту акупунктуры. Так и произошло: он нашел опытно-го китайского специалиста, и после курса иглоукалывания боли у моего друга прошли. Однако через год приблизительно они вновь возобновились. При повторном обращении к тому же целителю, тот сказал, что повторный курс вряд-ли поможет и потому нецелесо-образен. Кто хотя-бы со стороны имел возможность наблюдать человека, страдающего этим заболеванием, легко представит себе, во что превратилась жизнь этого человека. К счастью, его жена узнала, что в Чикаго есть хирург, успешно лечащий это заболевание. После произведенной им хирургической операции пациент в течение ряда лет болей не ощущает. Думается, этот случай из практики символически "распределяет места", опре-деляет значимость старых и современных, научных методов лечения. 

Но, признавая полезность многих народных средств лечения, категорического возра-жения заслуживают попытки противопоставления их всему новому, принесенному нау-кой, попытки изображать их как единственно полезные и могущие решить все проблемы. А такие попытки, как уже было показано и с которыми мы еще встретимся, делаются и широко тиражируются, к сожалению, особенно русскоязычными средствами массовой информации. Именно против этого обскурантизма следует, на наш взляд, в самой катего-рической форме возражать. 

Удивляет то, что та же газета, которая сообщает о выдающихся успехах научной медицины, не считает зазорным дискредитировать ее, печатая самые невообразимо уста-релые, ретроградские опусы. Ограничимся одним примером. Недавно средства информа-ции сообщили о таком случае: в результате несчастного случая (спортивной травмы) погибла девочка-подросток. С разрешения ее родителей, ее органы были пересажены пя-ти людям, которым без трансплантации жить оставалось буквально считанные дни. Все они выжили, а двое даже вступили в брак. Какие шаманы, какие кудесники могли бы такую трагедию, постигшую одну семью, превратить в бесценное благодеяние буквально дарование жизни - для пяти других, а в одном случае и потомкам образовавшейся суп-ружеской пары! Удивляет также то, что руководитель одной из газет, не упускающий воз-можности по любому случаю предствить себя эдаким главным благодетелем и защитни-ком интересов несуществующей русскоязычной общины в статьях, нередко сопровожда-емыхего персональными, а часто и семейными фотографиями, из номера в номер печа-тает материалы не только уничижительного характера о научной медицине, но и способ-ные толкать читателей на опасные для них решения в серьезнейших вопросах, касаю-щихся их здоровья. Впрочем, удивляться не следует: мне довелось встретиться с редак-тором, лично придерживающимся самых дремучих взглядов на медицину, но публикую-щий абсолютно все, за что бы ни платили: и соответствующее его представлениям, и противоположное этому. 

Телестанция WMNB ежедневно и по многу раз рекламирует всяких "ясновидящих", обещающих не только "успехи в бизнесе и в любви", но и "излечение от бесплодия", надо понимать, независимо от конкретной причины этого недуга. Радиостанция этой же ком-пании регулярно передает беседы сторонника "комплиментарной медицины", для кото-рого, судя по его выступлениям и ответам на любые, разнообразнейшие вопросы, никаких проблем, похоже, вообще не существует, он "сходу" решает любые из них и готов лечить все ився. Помню, ему был задан вопрос о лечении облысения. Проблема, как известно, далеко не решенная, но этот профессор, как оказалось, этим нисколько не был смущен, никаких затруднений в ответе не испытал: тут же уверенным тоном выдал рекомендации и на этот случай. Впрочем, нередко его четкие и сугубо теоретические ответы заканчи-ваются рекомендацией посетить его офис, т.е. тоже своего рода рекламой. О том, как подобное сказывается на больных людей, для которых правильный выбор метода лечения зачастую имеет буквально жизненное значение, недавно поведал читатель "Нового Рус-ского Слова" (номер от 26 июня 1998) Д.Мирончик в своем письме в редакцию. У этого человека возникла проблема именно упомянутого значения, связанная с состоянием сосу-дов, снабжающих кровью сердечную мышцу. Врачи считали необходимой хирур-гическую операцию с целью восстановления достаточного кровоснабжения сердца с помощью байпасов. Но в то же время реклама назойливо твердила и настойчиво внушала, что этого же можно добиться и методом "очистки сосудов". Операция, выполненная пос-ле обоснованных и понятных долгих и мучительных сомнений и колебаний, пишет этот человек, оказалась вполне успешной, он чувствует себя хорошо, вернулся к нормальному образу жизни. Но может ли кто-либо гарантировать, что "очистка" дала бы такой же ре-зультат? Думается, оправданы серьезные сомнения в том, что все, страдающие атеро-склерозом, выжили бы, откажись они от помощи хирурга в пользу "чистильщика". Тот факт, что существует не лишенное, видимо, оснований мнение о том, что операции такого рода производятся в США излишне широко и не всегда по достаточным показаниям (что, разумеется, заслуживает особого внимания), ничего не меняет в оценке этого и подобных случаев, т.к. никто, насколько известно, не опровергает, что в определенных обстоятель-ствах замены хирургическому методу для восстановления достаточного кровообращения в этом жизненно-важном органе, пока нет. "Чистильщики" же предлагают лечить всех, безразбора, вне зависимости от причины и степени нарушения проходимости сосудов у страдающих этим тяжелым заболеванием лиц. 

Такая неразборчивость, всеядность русскоязычных средств информации не только вносит опасную сумятицу в сознание людей и может толкнуть их на неправильные, опасные для них решения, но также существенно затрудняет работу врачей. Одна из них (врачей) рассказывала об одном из таких нередких, если не сказать типичных, случаев: осмотрев пациента, она, как и должно, назначила соответствующее лечение. Но в ответ услышала: "А профессор такой-то (в данном случае был назван именно излюбленный радиостанцией WMNB специалист "комплиментарной медицины", но нередко ссылаются и на других) говорил, что мою болезнь следует лечить не так, а иначе ..." Что в таких обстоятельствах может и должен делать врач? Что он может ответить пациенту? (Все это было написано задолго до того, как методы работы профессора Сосонкина, на кого часто ссылались, получили широкую огласку и он перестал вещать по радио). 

Нужно признать, что реклама лекарственных средств используется в неблаговидных целях не только в США. Вот цитата из заметки "Лоцман в море лекарств", опублико-ванной в газете "Известия" от 1 марта 1997 года: "...на головы россиян хлынул поток лукавой, а порой и недобросовестной рекламы". Как бы ни относиться к советской власти, следует признать, что в ее время такое вряд-ли могло практиковаться, для этого не существовало стимулов. Подобная реклама могла появиться только с изменением многих условий в жизни этой страны. К значению этого фактора нам предстоит еще вернуться в заключительной части нашей книги, поэтому эту заметку из "Известий" придется еще тожевспомнить. 

Приводившиеся ранее примеры заголовков рекламных объявлений, один лишь бала-ганный стиль которых (типа обещаний "моря энергии" или "жизни до ста и более лет" и т.п.) должен, казалось бы, насторожить любого грамотного человека. Но он не всегда, видимо, срабатывает таким образом: готовые поверить всему подобному находятся в достаточном количестве, судя по регулярности появления соответствующих объявлений. Иначе дорогостоящая реклама, занимающая целые полосы газет или многократно пере-даваемая по телевидению, была бы непосильной этим рекламодателям: они не "из пос-ледних", надо полагать, ее оплачивают. Но даже на этом изобильном фоне выделяется одна газета публикацией, о которой, как о выдающемся образце этого жанра и "чемпионе" неразборчивости в материалах на медицинские (или "медицинские") темы стоит, наверно, рассказать подробнее. Таковой явилась, пожалуй, газета "Бостонский марафон", хотя в ее редакционном совете значатся весьма уважаемые и безусловно авторитетные лица. Впервых номерах после начала ее выхода, когда редакции, казалось бы, следовало быть особо требовательной в отборе материалов, эта газета опубликовала серию большихста-тей Майи Гогулан. Первая из этих статей озаглавлена: "Натуральная гигиена - что это?" Общеизвестные и общепризнанные положения о значении света, воздуха, воды, пищи и движения для здоровья человека чередуются с такими, например, "глубокомысленными" утверждениями: "Медицина, безусловно, занимается нами, но только нашими болезнями, а вовсе не здоровьем". (Но не то же ли может звучать так: не "нашими болезнями", а "воз-вращением нашего здоровья"?). Ссылаясь на авторов 19 века (когда современная научная медицина существовала, в лучшем случае, в зачаточном состоянии; когда еще господ-ствовала ее "героическая" замена; когда еще не было микробиологии, патоморфологии, не говоря уже о генетике и многом другом, автор ссылается на такое, например, утвержде-ние: "Из противоречий, замешательств, хаотического разнородного смешения иллюзор-ных взглядов, именуемых "медицинской наукой" и "медицинским искусством", из кон-фликтов различных школ лечения, из явной неудачи выполнить свои обещания, из отказа врачей принимать во внимание природные потребности жизни при уходе за больными (?! - М.Ц,) выросла настоятельная необходимость в революционной перестройке биологичес-кой мысли и возрождения биологического взгляда на потребности человека". (Стиль оригинала здесь и в дальнейшем цитировании сохранен полностью). Можно, пожалуй, согласиться с тем, что для времени возникновения "натуральной гигиены" это описание медицины было близко к истине и достаточно правдоподобным. Но ведь произошли же некоторые изменения с тех пор, с 30-х годов 19 века? Возможно, что в какой-то мере обоснованно и следующее, написанное в 1861 году: "...система лекарственной медицины ложна, неверна с философской точки зрения, абсурдна с научной, враждебна природе, противоречит здравому смыслу, катастрофична по результатам, она проклятие для чело-веческого рода..." - ведь тогда еще оставались главными лечебными средствами обильные кровопускания и лекарства типа каломели. Опять же, только не считаясь с историческими реалиями, можно сейчас, в конце ХХ века второго тысячелетия! - писать: "...считая, что болезнь и здоровье едины, что лихорадка, воспаление, повышение температуры, кашель, насморк, понос, рвота - все это подчиняется единым законам жизни. Болезнь - это способ, которым организм лечит себя". (Хорошо же "излечивали" понос - холеру, кашель и высокая температура - воспаление легких, лихорадка - тифы и т.д. и т.п.). 

Взамен сделанного великими учеными - Вирховым, Пастером, Кохом, Мечниковым, Эрлихом, Павловым, Флемингом, и многими другими, читателю преподносятся такие, с позволения сказать, "теоретические новинки": "Болезнь - это нарушение целостности...", или "...все они (болезни - М.Ц.) вызваны накоплением в организме токсинов (ядов)..." Или вот такая замена всего, достигнутого патологической анатомией и физиологией: "При этом всякая болезнь начинается незаметно от возбуждения нервных волокон, далее по-являются раздражение (покраснение), затем воспаление (зуд), дальше изъязвление (язвы, распад тканей, трещины), затем уплотнение (наросты), наконец, образование опухоли (рак)". Интересно, не правда ли? Таких же помесей давно отвергнутого с современной терминологией (например, "Биохимические связи организма" - это "восстановление кислотно-щелочного равновесия в крови как главного физиологического закона жизни организма", или не менее оригинальное, неизвестно из каких археологических раскопок почерпнутое: "Биофизические связи организма - это восстановление естественных связей кожного покрова и внутренних органов..."). И все это нагромождение нелепостей, полу-правды, приправленное научными терминами, приводит к "Седьмому принципу нату-ральной гигиены" - отрицанию любой лекарственной терапии, а затем к полному отвержению научного характера современной медицины. 

Второй опус того же автора, помещенный, как ни странно, на "Медицинской стра-нице" этой газеты, озаглавлен: "О том, как создавалась система здоровья Ниши". Здесь содержится не меньше в количественном отношении и не менее впечатляющих по своей нелепости утверждений. Но ограничимся лишь избранными, наиболее яркими образцами - цитатами из этой удивительной публикации, не нуждающимися в каких-либо коммен-тариях. "В результате он (Ниши - М.Ц.) пришел к интересному выводу, что "ненор-мальные" люди, как правило, страдают от запоров, а обладатели светлых голов в боль-шинстве случаев страдают от склонности к расстройству кишечника". И далее: "...он узнал, что кровоизлияние в мозг возникает, как правило, в результате воспаления ушей, а воспаление ушей - это обычно следствие заболевания горла. Горло же становится боль-ным в том случае, если почки не выполняют свои функции; почки, в свою очередь, часто выходят из строя, если человек спит в мягкой, теплой постели и надевает теплое, плохо пропускающее воздух белье. При этом нарушаются функции и почек и кожи, что сопро-вождается заболеванием печени. И все это начинается с плохой работы кишечника. Потому что если нарушается перистальтическая работа кишечника, его содержимое забивает толстую кишку, что вызывает запоры, которые ведут к расширению и разрыву кровеносных сосудов мозга". 

У-ф-ф-ф... Нужны ли другие доказательства тому, что "бумага все терпит"? Утешает лишь то, что вряд-ли хоть один здравомыслящий человек хоть на йоту поверит подобным "откровениям". Но остается вопрос: зачем такие перлы обскурантизма печатаются, тира-жируются газетой, претендующей на интеллигентность? К сожалению, это исключитель-ный случай только по степени обскурантизма. Но во всех других отношениях, склады-вается впечатление, и другие русскоязычные средства информации в погоне за доходамивступили в соревнование по введению в заблуждение читателей в вопросах, касающихся не каких-то сугубо отвлеченных предметов, вроде жизни на Марсе, а здоровья людей. За содержание рекламных объявлений, как уже упоминалось, средства информации юриди-ческой ответственности не несут. Но существуют же и должны действовать и другие виды ответственности, которыми руководствуются основные американские СМИ, учиты-вая, видимо, особое значение неверной информации людей в вопросах, касающихся их здоровья и здравоохранеия. 

Получила распространение особая форма рекламы, использующая различие в зна-чении одних и тех же терминов в России и в США. Ежедневно по радио WMNB пере-дается такое, приблизительно, объявление: "Если у вас боли в шее и спине, если у вас ущемлены нервы, только доктор Гройсман может вам помочь. Доктор Гройсман - член академии медицинских наук и член конгресса физиотерапевтов". Все эти титулы, надо полагать, он действительно имеет на вполне законном основании, но расчет их перечис-ления коварен втом отношении, что для выходцев из СССР звание "член академии ме-дицинских наук" значит несравненно больше того, чего оно стоит - в буквальном смысле этого слова - в США: за всего лишь около ста долларов, как мы знаем, чуть-ли не каж-дый может стать носителем этого звания. Так же эксплуатируется и звание "профессор" некоторыми специалистами. В США даже крупнейшие ученые довольствуются часто званием "доктор". Преподавательское звание "профессор" имеет здесь совершенно иное значение, чем в СССР(СНГ). Но для русскоязычных, не знакомых с различиями в значении знакомых им терминов, это придает особую значимость тем врачам, которые и эту возможность считают допустимым использовать, чтобы привлечь пациентов. 

Думается, реклама медицинских товаров и услуг в русскоязычных средствах инфор-мации США приобрела характер, не соответствующий особенностям рекламируемого. Здесь приведена лишь небольшая часть публикаций такого рода, но имеется еще много подобных антинаучных и потенциально опасных для доверчивых читателей материалов. Подобная практика может приносить только вред людям, нуждающимся в медицинской помощи. 

АДВОКАТЫ. Вполне сознаю, что в этом вопросе - в широком его понимании я не компетентен: ни в СССР, ни в США клиентом адвокатов быть не приходилось. Правда, в СоветскомСоюзе, в Ленинграде, в течение многих лет сотрудничал в качестве консуль-танта с Городским Бюро судебно-медицинской экспертизы. Но непосредственно с адвока-тами дела не имел и только считанные разы выступал в качестве эксперта в судебных за-еаниях. Однако здесь, в США оказалось, что картина здравоохранения будет неполной, безотражения роли и влияния представителей этой почтенной професии на его состояние. Поэтому вынужден изложить, главным образом, сугубо личные впечатления, сложивши-ся из знакомства с отдельными делами, широко публиковавшимися СМИ, или достоверно известными мне от близких мне людей, проходивших в них в качестве пострадавших. Впрочем, в отношении отдельных дел, касающихся врачей или пострадавших, имею воз-можность сравнить с другой системой решения подобных дел в иных условиях - в СССР. 

На русский язык слово "лойер" ("lawyer"), каким в США обычно обозначают адво-катов, можно перевести, я думаю, как "законник". Население США составляет примерно 5 процентов населения Земли, но содержится в этой стране 70 или даже 75 процентов всех адвокатов мира. Профессиональной обязанностью адвоката считается защита любого об-виняемого. Как сказал однажды в телевизионной беседе один из известнейших лойеров США Даршовиц (еврей, не отказывающийся от своей этнической принадлежности, что в данном случае необходимо подчеркнуть), если ему бы поручили, он считал бы своим про-фессиональным долгом защищать в суде даже Гитлера. Такая функция защитника имеет глубокие исторические корни, основана на многовековом опыте разных народов и необхо-димость ее для отправления правосудия вряд-ли подлежит сомнению. Вместе с тем, нель-зя ее признать и лишенной недостатков, если учесть, что при высоком профессионализме и знании законов, адвокатам иногда удается увести от справедливого наказания даже яв-ных преступников, предоставляя им этим возможность совершать другие преступления. Недавний пример такого рода - дело убийцы австралийского студента иешивы в Нью-Йорке несколько лет назад. Но, видимо, криминальных дел, на недостаток которых США не может пожаловаться, к сожалению, не хватило бы на всю эту армию лойеров. По этой ли, или по еще каким-либо причинам, но в этой стране они - лойеры сумели наиболее активно внедриться во все сферы жизни людей, приобрели статус непременных деятель-ных и даже необходимых участников самого разного рода имущественных и иных граж-данских дел. Вот перечисление ситуаций, в которых,как пишет в газете "Еврейский Мир" от 14 января 1999 года адвокат Гендельман, участие адвоката совершенно необходимо: 

"1.Перед тем, как вы подписываете контракт о продаже или покупке бизнеса. 

Когда вы составляете завещание. 

Перед тем, как вы подписываете контракты, включающие в себе серьезные фи-нансовые условия или осложнения. 

Когда у вас возникает серьезная проблема в браке. 

Когда вы создаете собственный бизнес. 

Когда у вас возникает серьезная проблема с налогами. 

Когда вы попали в аварию или с вами произошел несчастный случай, повлекший за собой ущерб для здоровья и материальный ущерб. 

Когда вы кого-то судите или кто-то судит вас. 

Когда полицейский или какой-либо другой (...) сотрудник правоохранительных органов задает вам вопросы, касающиеся вышего поведения или если вас арес-товывают." 

Думается, этот список не вполне полон, встречались и более длинные перечни ситу-аций, в которых участие лойера считается необходимыи. В нем отсутствуют столь попу-лярные (судя по многочисленным объявлениям) дела об ошибках (точнее, халатности, небрежности, неправильных действиях malpractice) врачей, для нас имеющие особое зна-чение. Но и при этих условиях, если учесть, что каждый пункт этого перечня содержит много разнообразных вариантов конкретных ситуаций, это означает, что адвокаты участ-вуют чуть-ли не во всех сферах жизни людей этой страны, без их участия не решаются как личные (начиная с семейных), так и любые деловые, финансовые и прочие гражданскиеи общественные проблемы. 

Не располагая точными данными, а руководствуясь лишь числом и содержанием рек-ламных объявлений адвокатских контор и отдельных представителей этой профессии, мо-гу высказать только предположение о том, что значительным источником их доходов служат всякого рода несчастные случаи, включая дорожно-транспортные происшествия, а также упомянутые случаи malpractice. Что же, какие действия или упущения врачей трактуются таким образом? Представление об этом можно получить из авторизованного перевода статьи двух американских врачей - Уильяма Медоу и Джона Лантос - "Нужны ли медицинские стандарты?", помещенного на страницах газеты "Медицина и здоровье"-от 23 января 1999г. Они пишут: "Во-первых, давайте вспомним юридическое опре-деление, что такое "медицинская ошибка" или "халатность". Оно включает в себя четыре отдельных аспекта: 1) контракт (между врачом и больным); "2) отклонение от стандартов оказания медицинской помощи (или халатность, как это иногда оценивается); 3) вред, нанесенныый больному; 4) причинность (связь между действиями врача и ущербом, нанесенным больному). Наше внимание в этой статье сфокусировано исключительно на втором из этих четырех требований: что именно подразумевается под отклонением от стандартов медицинской помощи?" 

Статья эта начинается с такого конкретного случая: заболевшего младенеца мать до-ставила в приемную врача. Последний, заподозрив у пациента менингит, тут же перепра-вил его в близлежащий госпиталь, где он был обследован, включая выполнение люмбаль-ной пункции, надо полагать (об этом в статье не упоминается) для исследования спинно-мозговой жидкости - решающего в подобных обстоятельствах теста. Была также установ-лена система для внутривенного вливания и начато (видимо, после получения результатов исследования пунктата, подтвердивших предположение о менингите) введение антибио-тика. Все это - от момента прихода в приемную врача до введения ампициллина, заняло два часа. Авторы не сообщают об исходе этого заболевания, но судя по последовавшим действиям родителей, он был, мягко выражаясь, неблагоприятным, а более вероятно, тра-гическим. Далее последовало следующее: "Доктору вменили в вину халатность, и было начато судебное разбирательство. Медицинские эксперты и свидетели со стороны истца дали показания, что доктор отошел от стандарта оказания медицинской помощи, допустив задержку назначения антибиотиков, которые, по их мнению, должны были быть назна-чены в течение 30 минут". С точки зрения экспертов со стороны обвиняемого, однако, те 2 часа, которые потребовались для обоснования вывода о необходимости назначения антибиотиков, находятся в пределах допустимого". 

В подобных случаях окончательное решение остается за присяжными заседателями, т.е. за людьми, некомпетентными в медицинских проблемах, и оно будет зависеть в зна-чительной мере от мастерства адвокатов, от их способности убедить присяжных в правоте того или иного эксперта. Авторы приводят множество доводов, доказывающих пороч-ность такой системы, во многих случаях и по разным причинам не способствующей выне-сению справедливого решения. Этот пример представляется чрезвычайно показательным в том отношении, что обнаруживает широту возможностей обвинений врачей, их безза-щитности перед любыми попытками найти в их действиях признаки malpractice. В дан-ном случае поводом послужило время начала лечения. В другом случае можно, видимо, выразить сомнение в правильности выбора лекарства, или в длительности его применения, и т.д. и т.п. Об экспертах же, пишут те же авторы, "только некоторые ... в своих выс-туплениях точно придерживаются стандартов оказания медицинской помощи, тогда как другие не в состоянии точно отразить мастерство врача и уровень оказания медицинской помощи в сходных ситуациях". В другом месте - еще более резко: "недавно проведенное исследование развеяло широко распространенный миф о достоверности свидетельских показаний экспертов. Количество шарлатанов оказалось почти таким же, как и настоящих профессионалов, и качество их показаний само по себе вызывало глубокое уныние своим несоответствием никаким стандартам". 

Нет необходимости более подробно излагать содержание этой статьи. Отметим лишь отдельные, на наш взгляд - принципиальной важности обстоятельства. Врач в своих дей-ствиях поставлен в чрезвычайно жесткие временные рамки, соблюсти которые во всех случаях вряд-ли возможно. Думается, с этим согласится любой специалист в любой отрас-ли клинической медицины. Если бы этот ребенок выздоровел, те же действия врача вы-глядели бы вполне успешными и правильными. Кроме того, вряд-ли кто-то может гаран-тировать, что введение антибиотика на полтора часа ранее, существенно повлияло бы на исход эаболевания. Наконец, начало лечения может оказаться запоздалым не по вине вра-ча, а из-за того, что пациент был доставлен к нему на час-полтора позже некоего никем не установленного "критического" времени. Тем не менее, при существующих условиях врач вынужден учитывать эту угрозу, по-меньше думать, действовать, как машина, чтобы уло-житься в кем-то, по сути - произвольно установленные сроки. 

Сравнивая немалый опыт решения вопросов о происшествиях и несчастных случаях, повлекших за собой телесные повреждения, в СССР с известными мне аналогичными слу-чаями в США, обнаруживается принципиальное различие, которое не может не сказаться на результатах работы. Там эти вопросы решали люди, совершенно не заинтересованные в исходах дел, они могли быть абсолютно объективны и беспристрастны в своих выводах о степени тяжести этих повреждений, и от этого зависела мера ответственности. Адво-каты могли приглашаться одной или обеими сторонами, но в большинстве случаев такие дела решались без их участия. Какова была оплата услуг адвокатов мне неизвестно. Но, поскольку там за нанесение телесных повреждений предусмотрена была уголовная ответ-ственность, ни о каких процентах от суммы компенсации речи быть не могло. В США действует совершенно иная система наказаний, во многом более разумная, на мой взгляд, чем заключение людей, часто непреднамеренно явившихся виновниками соответствую-щих происшествий, в лагерь на несколько лет. Мы сравниваем обе системы только по од-ному параметру: объективности лиц, решающих подобные дела. В США адвокаты, игра-ющие ведущую роль в подобных делах, получают 33 процента от суммы компенсации, оп-ределенной пострадавшему. Нередко это составляет весьма значительные суммы. Значит, они материально заинтересованы в том, чтобы представить нанесенный ущерб как можно более значительным и таким образом добиваться как можно большего денежного возме-щения не только пострадавшему, но и самим себе. Между тем, совершенно непонятно, почему обязательно их участие в случаях, когда известны и никем не оспариваются ни факт происшествия, ни обстоятельства и все детали его, ни виновность лица, ответст-венного за него. И почему именно 33%? Ведь во многих случаях вся работа лойера сводится к составлению нескольких писем и затребованию некоторых медицинских доку-ментов. Приведу пример, касающийся близкого мне человека и известный мне во всех де-талях. Этот мой знакомый, припарковав по всем правилам свой автомобиль на людной улице в дневное время, при выходе из своей машины, был сбит мимо проезжавшим дру-гим автомобилем. Тут же прибыла полиция и служба скорой помощи. На месте проис-шествия было зафиксировано, что пострадавший потерял сознание, и он был доставлен в госпиталь. Там ему была оказана помощь, включая наложение нескольких швов на пов-режденные участки кожи лица. Его сотояние расценивалось настолько серьезным, что его не отпустили сразу домой, а оставили в госпитале на двое суток - для США факт весьма важный. В дальнейшем потребовалось не только длительное амбулаторное лечение, но и участие адвоката - для чего? Адвокат (в данном случае "русский") решил, видимо, что 33 процентов мало, и путем несложных махинаций сумел получить половину всей опреде-ленной суммы за счет части, которая причиталась пострадавшему. Повторим: не исклю-чено, что в определенных обстоятельствах участие лойеров совершенно необходимо для справедливого решения подобных дел. Но во многих случаях это совершенно не обя-зательно и служит на пользу только им. Их участие оправданно, если необходимо дока-зать детали происшествия, имеющие значение для вынесения справедливого решения, или доказать невиновность своего клиента. Во всех других случаях это вряд-лиможно при-знать оправданным необходимостью. Практика других стран доказывает это, на наш взгляд, достаточно убедительно. 

Но еще существеннее на состояние и стоимость здравоохранения США влияет дейст-вующая система оценки деятельности врачей, нахождения в их действиях признаков ха-латности, медицинских ошибок, отступления от каких-то стандартов. Находясь под пос-тоянной угрозой подобных обвинений (а в Соединенных Штатах, как многократно было доказано, любое мелкое происшествие, вроде опрокинутой на себя чашки кофе, может стать поводом для возбуждения иска), врачи и лечебные учреждедния вынуждены по-разному страховать себя от подобных исков, выплачивая иншюренсным компаниям весь-ма значительные суммы даже в условиях, когда они никаким обвинениям не подвер-гаются. Суммы компенсации в случае признания, что врач допустил ошибку или халат-ность, исчисляются нередка в шести- и даже семизначных числах. У лойеров со стороны истцов появляется весьма существенный материальный стимул, чтобы приложить макси-мальные усилия для того, чтобы добиться успеха любыми средствами, выиграть подобные дела. Но есть и другое последствие этой угрозы, сказывающееся на стоимости меди-цинских услуг. Во избежание вероятных обвинений приходится назначать дополнитель-ные диагностические и прочие процедуры, не всегда необходимые для дела, но способные отвести некоторые вероятные обвинения, которые могут грозить врачу. 

Чем больше лойеры сумеют получить от иншюренсных компаний, тем выгоднее не только им, но и пострадавшим. Но иншюренсные компании не привыкли и не любят про-игрывать. Судя по стабильности их благополучного существования, они покрывают все свои расходы и "потери" за счет людей, покупающих страховые полисы, т.е. за счет всех работающих американцев и их семей, включая врачей, как мы знаем. Кроме того, общ-ность интересов служит иногда провоцирующим фактором для совершения противозакон-ных, жульнических действий: ведь если к лойерам с пациентами и иншюренсными компа-ниями присоединятся и врачи, такой альянс может фабриковать "происшествия", выгод-ные всем участникам, и подобные возможности, как неоднократно сообщалось уже в печати, иногда используются весьма успешно на пользу всем участникам подобных союзов. Впрочем, этот вид косвенного влияния на стоимость здравоохранения вряд-ли следует преувеличивать. Но есть, как мы уже знаем, другой вид участия лойеров, мно-гоступенчатые результаты которого весьма чувствительно могут сказываться на то, что принято называть "стоимостью здравоохранения", хотя по сути к здравоохранению отно-шения это не имеет. Здесь имеется в виду то, что лойеры включили в сферу своих инте-ресов, как уже указывалось, дела о malpractice. "На помощь" врачам поспешили иншю-ренсные компании, учредив соответствующие виды страхования и, учитывая вероятные суммы возмещения, грозящие врачам, весьма дорогостоящие. В итоге, иншюренсные компании получают солидный доход, т.к. врачам все же выгодней оплачивать дорого-стоящую страховку, чем расплачиваться за вероятную ошибку - дороже обойдется. Лой-еры же находятся в полной готовности, берутся за такие дела весьма охотно и на льготных условиях ("первая консультация бесплатно", "оплата после успешного завершения дела" и т.п.). Это вполне объяснимо, т.к. уже из первого ознакомления с любым делом такого рода нетрудно получить представление о его перспективности. В итоге, судя по много-численным рекламным объявлениям, лойеры находятся в постоянном ожидании и готов-ности действовать с максимальным усердием при наличии даже малейшей "зацепки". Их успехи - "потери"иншюренсных компаний, отнюдь не заинтересованных в этом. Но в их власти, как уже отмечалось, компенсировать эти "потери" (вот почему употреблены ка-вычки), соответственно изменяя стоимость страховых полисов. Госпитали и врачи тоже предпочитают не терять и вынуждены включать эти затраты в стоимость оказываемых ими услуг. В итоге, законные, вроде-бы интересы всех звеньев этой цепи оплачивают, в конечном итоге, пациенты, точнее - народ США. 


Страница 4 из 5:  Назад   1   2   3  [4]  5   Вперед 

Авторам Читателям Контакты