Главная
Каталог книг
medic800

Оглавление
Э. Фаррингтон - Гомеопатическая клиническая фармакология
Дэн Миллман - Ничего обычного
Мечников Илья Ильич - Этюды о природе человека
Долецкий Станислав Яковлевич - Мысли в пути
Семенцов Анатолий - 2000 заговоров и рецептов народной медицины
В. Жаворонков - Азбука безопасности в чрезвычайных ситуациях
Алексей Валентинович Фалеев - Худеем в два счета
Глязер Гуго - Драматическая медицина (Опыты врачей на себе)
Йог Рамачарака - Джнана-йога
Уильям Бейтс - Улучшение зрения без очков по методу Бэйтса
Степанов А М - Основы медицинской гомеостатики
Цывкин Марк - Ничего кроме правды - о медицине, здравоохранении, врачах и пр
Кент Джеймс Тайлер - Лекции по философии гомеопатии
Юлия АЛЕШИНА - ИНДИВИДУАЛЬНОЕ И СЕМЕЙНОЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ КОНСУЛЬТИРОВАНИЕ
Подрабинек Александр - Карательная медицина
Аллен Карр - Легкий способ бросить пить
С. Огурцов, С. Горин - Соблазнение
Малахов Г. П. - Закаливание и водолечение
Йог Рамачарака – Раджа-Йога
Алексей Валентинович Фалеев - Худеем в два счета

 

Лекция 32 ИЕРАРХИЯ СИМПТОМОВ 

Природа симптомов: 

главные 

общие 

частные 

Степени важности симптомов: 

главные 

первая степень 

вторая степень 

третья степень 

общие 

первая степень 

вторая степень 

третья степень 

частные 

первая степень 

вторая степень 

третья степень 

"Органон" 153: "При выборе гомеопатического лекарства путем сравнения совокупности признаков естественной болезни с припадками различных искусственных, вызываемых лекарствами, должно особенно и почти исключительно обращать внимание на припадки, наиболее замечательные, самостоятельные, резкие и характеристические, ибо им-то особенно должны соответствовать сходные припадки в ряду явлений, происходящих от лекарства, если последнее должно быть самым целесообразным средством для лечения. Напротив того, общие и неопределенные припадки, как то: недостаток аппетита, головная боль, слабость, беспокойный сон, недомогание и пр. играют в этом случае второстепенную роль, если они не охарактеризованы ближе; ибо почти все болезни и лекарства производят подобные симптомы". 

В этом параграфе говорится, как практически следует индивидуализировать случай, распределяя симптомы по их значимости для подбора подобного лекарства. Врач-гомеопат может считать, что он хорошо обследовал пациента и полностью отобразил природу болезни на .бумаге, но, пока он не научится распределять симптомы по степени их важности, он не сможет определить подобное лекарственное средство. 

Часто начинающие врачи исписывают различными симптомами больше десятка страниц, но не могут найти нужное лекарство, и когда они обращаются за помощью к своим более опытным коллегам, то, к их великому удивлению, слышат в ответ: "Вы не отразили образ болезни". "Но почему? -удивляется молодой врач. - Ведь у меня записано множество симптомов". "Да, у Вас много симптомов, но они не показывают природу болезни, они не отображают образ болезни, потому что нет ни одного характерного симптома. Вы не сумели правильно обследовать больного!" 

Только после того, как вы усвоите 153, вы будете знать, правильно или нет вы разобрались со своим клиническим случаем. Неумение определять степень важности симптомов -причина неудач большинства врачей-гомеопатов. Как правило, опытные врачи-гомеопаты при обследовании в первую очередь стараются выявить характерные, особые симптомы, указывающие на подобное лекарство. 

Это вовсе не означает, что все остальные симптомы, которые вы выявили и записали, бесполезны. Они, несомненно, важны для классификации случая и для определения, какое из нескольких лекарств, найденных в процессе реперторизации, наиболее подобно. Но вы не сможете подобрать лекарство, пока не выявите характерные для патогенеза этого лекарства симптомы, т. е. пока не индивидуализируете случай. 

Предположим, вы в своей врачебной практике сталкивались с большим количеством случаев заболевания корью и хорошо изучили симптомы этого заболевания. Но однажды квам на прием приходит человек, больной корью, и вы обнаруживаете у него симптом, который раньше никогда не встречали при этом заболевании, хотявылечили не один десяток случаев. Этот симптом особенность данного случая! Вы понимаете, что этот симптом индивидуализирует данный случай кори, потому что он странный, редкий и особенный. Вы начинаете выяснять, в патогенезе какого лекарства имеется этот симптом, и в конце концов узнаете, что в патогенезе такого-то лекарственного средства этот особенный симптом имеется, причем в первой степени, и это такая же отличительная индивидуальная характеристика этого лекарства, как и вашего пациента. 

Этот особенный симптом в клинической картине кори относится к пациенту, а не к болезни, и единственный долг врача - дать пациенту лекарство, на которое ясно и недвусмысленно указывает этот симптом. 

Подобные особенные, странные симптомы относятся к самым высоким по степени важности, и два-три имеющихся в патогенезе особенных симптома формируют характерный образ лекарства. 

Как вы думаете, что представляют собой общие симптомы? Общие симптомы это те симптомы, которые появляются, скажем, во всех случаях кори, на основании которых врач и ставит диагноз кори. Было бы странным, если бы корь протекала без всяких высыпаний, это была бы странная и нехарактерная для кори клиническая картина. Отсутствие сыпи при кори сразу обращает на себя внимание, т. к. это особенное состояние: либо это не корь и диагноз ошибочный, либо эта нетипичная для кори клиническая картина указывает на особую серьезность заболевания. 

Предположим, что врач ошибся в диагнозе, - это не корь, а лихорадка. У пациента учащенное сердцебиение, обычно озноб появляется днем и усиливается к вечеру, кисти и стопы горячие, температура высокая, язык сухой и т. д. Что вы в этом конкретном случае скажете о наличии или отсутствии жажды? Вы скажете, что присутствие жажды - это естественное состояние, т. к. при температуре человек обычно испытывает жажду. Но когда при высокой температуре у человека нет жажды - это уже странный, редкий, необычный для лихорадочного состояния симптом. В этом случае вы сразу же начнете думать только о той сравнительно небольшой группе лекарств, в патогенезе которых есть симптом "отсутствие жажды при высокой температуре". 

Итак, мы видим, что отсутствие характерных для данной болезни симптомов - это также особенность, указывающая на индивидуальность организма. Патогномоничные симптомы -это обычные, общие симптомы для всех случаев определенного заболевания, но отсутствие патогномоничного симптома указывает на особенность протекания болезни в данном случае и на индивидуальный тип реакции организма больного и, следовательно, на лекарственное средство, являющееся simillium. Необходимо изучать болезнь не по патологическим изменениям - следствиям ее действия на физическом уровне - и не по патологическим симптомам, а по тем симптомам, которые характеризуют индивидуальность каждого клинического случая, т. к. именно они - это язык природы, говорящий нам о сути болезни. 

Правильное гомеопатическое назначение никогда не может быть сделано на основе патогномоничных симптомов, определяющих диагноз в аллопатии, или на основе симптомов, вызванных патологическими изменениями в организме и тканях, потому что испытания лекарств в этом направлении никогда не проводились. Патология - это результат болезни, а не язык природы, интересующий умного врача. 

Патогенезы лекарственных средств - вот что должен знать настоящий врач. Ни один врач, насколько хорошо он ни знал бы патологическую анатомию и патологические симптомы болезней, не сможет сделать правильное гомеопатическое назначение. Вдобавок к знанию симптомов, характеризующих ту или иную болезнь, врач-гомеопат должен знать индивидуальные особенности проявления каждой болезни, т. е. он должен знать, как каждая болезнь выражает себя на языке болезненных проявлений и ощущений. Он должен знать, как каждое лекарство воздействует на волю и сознание человека, потому что только через психику лекарственное средство может действовать на разум, и он должен знать, как лекарство действует на функции организма, потому что, только изменяя функционирование различных органов и систем организма, можно воздействовать на физическое тело человека. 

Только тогда, когда врач знает, с помощью каких признаков и симптомов выражает себя болезнь, он может выявить индивидуальные отличия в проявлении болезни. Эти особенности течения болезни и называются странными, особенными, редкими симптомами. Тщательнее всего вам следует изучать патологические симптомы лекарственного средства, потому что именно они относятся к конкретному больному. Именно это должны помнить врачи-гомеопаты, приступая к изучению патогенезов, и только после этого они смогут распределять симптомы по степени их важности. 

При изучении патогенезов лекарственных средств всегда должна учитываться степень важности симптома, хотя на первый взгляд все симптомы кажутся одинаково важными и между ними трудно провести различия. Но несомненен тот факт, что один и тот же симптом в патогенезе разных лекарств имеет разную степень важности: то, что обычно для одного болезненного состояния, может быть необычным для другого. При хроническом миазме необычным симптомом может быть постоянная жажда, тогда как при остром миазме, например лихорадке, это самое обычное, заурядное состояние. Один и тот же симптом может быть обычным при хроническом состоянии и необычным при остром и наоборот. Врач-гомеопат всегда должен помнить тот факт, что хронические миазмы противоположны по своему характеру и проявлениям острым миазмам. 

Например, когда к вам на прием приходит пациент с выраженным воспалением околоушной железы и просит: "Не надавливайте на нее, потому что это очень болезненно", как вы оцените этот симптом: как общий или как странный? Если вы подумаете, то найдете это очень странным, т. к. сильно воспаленная железа не должна быть болезненной при надавливании. Следовательно, болезненность при надавливании -это тот необычный симптом, которому надо уделить главное внимание при подборе подобного лекарственногосредства. Но он не должен быть единственным симптомом, по которому врач выбирает препарат, т. к. в патогенезе целого ряда лекарств имеется этот симптом. 

Часто являются странными те симптомы, которые не могут быть объяснены с клинической точки зрения; те симптомы, которые проявляются вследствие патологического состояния, как правило, общие. Например, пациент может сидеть, только положив ноги на стол или подняв их из-за сильных страданий, когда ноги опущены. Следовательно, состояние больного при опускании ног вниз ухудшается. Что это может означать? 

В одном случае при дальнейшем обследовании вы обнаруживаете, что у вашего пациента сильно увеличена предстательная железа и когда он садится на стул, свешивая ноги вниз, сиденье стула давит на предстательную железу, вызывая сильную боль. В этом случае мы видим, что увеличенная предстательная железа болезненна при надавливании и, следовательно, этот симптом относится к частным и записывать его надо так: "предстательная железа чувствительна к прикосновению". 

В другом случае, например при периостите, мы не можем объяснить, почему боль уменьшается при свешивании пораженной конечности с кровати. Никто не может вразумительно это объяснить, но тем не менее этот симптом характерен для патогенеза Соnium, и врач часто бывает удивлен, обнаружив в патогенезе этого препарата все остальные симптомы, имеющиеся у данного больного, которые, как правило, общие. 

Теперь, когда вы уяснили себе важность распределения симптомов по степени их значимости, я думаю, у вас войдет в привычку дифференцировать все симптомы на общие, обычные для данного патологического состояния, и странные, необычные. 

С другой стороны, мы видим, что существуют определенные симптомы, являющиеся главными, которые мы должны всегда учитывать при подборе препарата. Все те болезненные проявления, на которые жалуется сам пациент, всегда следует относить к категории главных симптомов. К главным симптомам относятся также симптомы, характеризующие организм в целом, а симптомы, характеризующие деятельность отдельных органов или систем, относятся к общим. 

Часто те состояния, о которых говорит больной, могут на первый взгляд показаться вам общими. Например, когда пациент говорит: "У меня жажда", он чувствует эту жажду ртом, но на самом деле воды требует весь организм. 

Те состояния, о которых пациент говорит: "Я чувствую", как правило, относятся к категории общих. Например, он говорит: "Я весь горю", но если вы внимательно обследуете его, то обнаружите, что "горит" его голова или кожа или чувство жжения он ощущает в анусе, в уретре и т. д. Если "горит" все тело, то это обычная лихорадка. Когда симптом "горение, жжение" относится ко всему организму, то это главный симптом, а если к определенной его части, то это общий симптом. 

Опять-таки, когда пациент рассказывает о своих болезнях, он выделяет главное для него. Когда он говорит о своих симпатиях и антипатиях, то характеризует себя как личность, и когда это внутреннее состояние изменяется, то изменяются и его внешние проявления. Например, когда человек доходит до такого состояния, что у него появляется отвращение к жизни, то этот симптом мы относим к категории главных и видим, что он находится в центре всего патологического состояния. 

Гомеопатическое лекарство своим действием изменяет симпатии и антипатии, а они, меняясь, в свою очередь изменяют внешние проявления. Нарушения на уровне сознания часто проявляются в беспокойных снах. Поэтому сны относятся к главным симптомам. 

Все симптомы, характеризующие менструальный период, также относятся к главным. Женщина говорит: "У меня менструация протекает так-то и так-то". Это состояние не относится к матке или яичникам, оно появляется только в период менструации. Состояния, которые больной описывает от первого лица, как-то: "Я делаю так и так", "Я чувствую себя так и так", "Я простужаюсь при любой перемене погоды", "Я задыхаюсь в теплой комнате" и т. д., относятся, как правило, к главным симптомам, которые имеют первостепенную важность. 

После того, как собраны все главные симптомы, вы можете заняться обследованием каждого органа и системы в отдельности. Вы постоянно будете убеждаться, что состояние каждого органа и системы соответствует состоянию организма в целом. Иногда вы будете встречаться со случаями, когда реакция отдельного органа противоположна реакции организма в целом. Этого не следует пугаться, т. к. подобные состояния имеются в патогенезах некоторых лекарств, и при близком рассмотрении мы видим, что одно состояние - общее, а другое частное. 

 

Лекция 33 ИЕРАРХИЯ СИМПТОМОВ (продолжение) 

Для врача-гомеопата очень важно четко знать, какие симптомы относятся к главным, какие - к общим, а какие - к частным. Часто общие симптомы складываются из частных. Когда врач исследует один орган или определенную систему организма, он выявляет отдельные детали заболевания, но после того, как врач собрал симптомы со стороны всех органов и систем, он уже видит клинику заболевания в целом, и тогда, как правило, частные, отдельные симптомы сливаются в один общий или главный симптом. 

Как правило, сам больной жалуется именно на те болезненные состояния, которые относятся ко всему организму. И те симптомы, на которые жалуется ваш пациент, нужно относить, по крайней мере, к общим симптомам, даже если они вам кажутся незначительными по своей значимости. Разумеется, в некоторых случаях человек жалуется только на проявления со стороны одного органа или системы, но это может быть либо острое заболевание, либо обострение хронического миазма. 

Возьмем, к примеру, сон. Вначале можно подумать, что симптомы сна относятся исключительно к мозгу, но мозг не спит больше, чем весь организм. Когда пациент говорит вам: 

"Я не спал всю ночь", это относится к организму в целом, и, следовательно, это общий симптом. Но когда человек говорит: "Я видел такой-то сон", это уже не общий симптом, аглавный, т. к. относится к сознанию, а не мозгу как физической субстанции. Этот пример показывает нам, какую важную роль при анализе заболевания играют симптомы, характеризующие сон и сновидения. Не менее важны менструальные симптомы у женщин, т. к. характеризуют состояние всего организма. 

Также к главным относятся и симптомы со стороны органов чувств, характеризующие состояние организма в целом. Скажем, запахи приятные и неприятные относятся к главным симптомам, но если у человека есть какая-то патология со стороны носа, которая объясняет нарушения обоняния, то это уже становится частным симптомом. Например, запах еды приятен человеку, когда он голоден, но тот же запах становится неприятным, когда человек объелся, и этот симптом относится ко всему организму. При сильном катаре носа обоняние, как правило, искажается, но этот симптом относится к частным, т. к. характеризует состояние одного органа. На приеме пациент говорит: "Доктор, я вижу предметы нечетко". Если мы при дальнейшем обследовании выясняем, что у нашего больного близорукость, то симптом "видит предметы нечетко" - частный, т. к. вызван нарушением аккомодации. Но если у нашего пациента нет никаких анатомических изменений в глазу, то этот симптом помещается в категорию главных, т. к. относится уже к сознанию. 

Симптомы - следствия каких-то анатомических изменений в органах или тканях обычно относятся к частным, а симптомы со стороны всего организма относятся к общим или главным. Поэтому в первую очередь мы выделяем те симптомы и состояния, которые характеризуют человека в целом, и именно по ним мы стараемся подобрать подобное лекарственное средство. Обычно при подборе лекарства врач-гомеопат игнорирует частные симптомы, потому что они входят в состав общего симптома, который и принимается вовнимание. Один сильно и ясно выраженный главный симптом перевешивает все частные симптомы. Например, симптом "ухудшение от тепла" сразу исключает назначение Аrsenicumalbum при любом заболевании. 

Я считаю целесообразным более подробно остановиться на главных симптомах. Так, часто женщины жалуются на ощущение выпадения внутренних органов. Многие пациентки заявляют на приеме: "Доктор, у меня такое ощущение, будто мои внутренности выходят наружу". С одной стороны, это характерная особенность, но с другой стороны, в патогенезе целого ряда лекарств есть эта характерная особенность (на практике мы довольно часто встречаемся с характерными симптомами, которые имеются в патогенезе десяти-пятнадцати лекарств). У всех женщин с тенденцией к пролапсу имеется тянущее вниз ощущение, как если бы матка выходила наружу. Этот симптом есть у Sepia, Lilium tigrinum, Мurех, Веllаdоnnа, Pulsatilla, Nux vomica и Natrium muriaticum. Как нам определить, какой из этих препаратов необходимо назначить? Мы должны внимательно обследовать пациента, чтобы выявить другие симптомы, и в первую очередь, главные. Если при ощущении выпадения матки необходим Nux vomica, то у женщины будет озноб и насморк с закладыванием носа в теплой комнате, она будет раздражительной и очень агрессивной, желая кого-нибудь убить. Возможно, она будет жаловаться на запор и болезненные позывы и т. д. То есть, наряду с общим симптомом, мы находим и частные симптомы, характерные для патогенеза Nux vomiса, но мы всегда должны идти в поисках препарата от общего к частному. Если подобным препаратом является Sepia, то ощущение выпадения матки будет сопровождаться и ощущением выпадения внутренностей, которое уменьшается, когда женщина сидит, скрестив ноги.Женщина, которой необходима Sepia, будет жаловаться на ощущение шара в прямой кишке с частыми позывами, но, тем не менее, у нее многодневный запор и т. д. 

На этих примерах вы видите, что характерный симптом "ощущение давления вниз" относится к общим симптомам, а не к главным и не к частным. Многие локальные симптомы могут быть как частными, так и главными, в зависимости от конкретного случая: частными, потому что носят местный характер, а главными, потому что описывают общее состояние. Хорошо иллюстрируют эту мысль клинические проявления скарлатины. Общие симптомы, которые характерны для этого заболевания, такие как сыпь, пленки, воспаление, болезненное горло, жар, имеются в патогенезах нескольких лекарственных средств: Belladonna, Ailantus, Apis, Rhus toxicodendron - тяжелая форма скарлатины; Sulphur и Phosphorus - скарлатинозная сыпь. Поэтому в терапевтическом справочнике под рубрикой "скарлатина" помещают все эти средства. 

Но как выбрать одно, необходимое именно в данном случае, лекарство? Нужно обратиться к местным симптомам. Например, если мы видим скарлатинозную сыпь, то нужно подумать о Phosphorus, т. к. именно в его патогенезе имеется типичная скарлатинозная сыпь. Когда заболевание протекает в тяжелой форме или запущено, сыпь темнеет, кожа покрыта красными пятнами и наблюдается тенденция к нагноению. Обследуя пациента дальше, мы устанавливаем, что шея опухшая, на руках и пальцах имеются отеки с тенденцией к нагноению, а если уже появился пот, то он настолько зловонный, что это зловоние ощущается, едва вы входите в комнату. Ребенок постоянно просит пить, но не хочет пить холодную воду. Лицо осунувшееся, глаза опухшие и красные. То есть мы наблюдаем типичную картину Phosphorus, и, действительно, одной дозы этого препарата бывает достаточно,чтобы наступило излечение. 

Теперь остановимся на степени важности симптома. И главные, и общие, и частные симптомы имеют три степени важности - 1-ю, 2-ю и 3-ю. Д-р Беннингхаузен выделяет еще и четвертую степень, но на самом деле те симптомы, которые он относит к четвертой степени, просто еще недостаточно испытаны и не подтверждены клинической практикой. После необходимых испытаний они будут отнесены к какой-нибудь из трех степеней. 

Симптомы, относящиеся к 1-й степени, при испытаниях лекарственного средства появлялись у всех или почти всех испытателей. Так, например, при всех испытаниях Apis практически все испытатели чувствовали удушье в теплой комнате, и поэтому симптом "удушье в теплой комнате" в патогенезе Apis отнесен к 1-й. степени важности. При всех испытаниях Pulsatilla почти у всех испытателей состояние заметно ухудшалось в теплом помещении, и поэтому симптом "ухудшение в теплой комнате" в патогенезе Pulsatilla отнесен к 1-й степени. После того, как выявлены симптомы, общие для всех испытателей, это лекарственное средство начинают применять во врачебной практике при подобных симптомах. И только после того, как в результате многолетней врачебной практики подтверждается, что данные симптомы всегда излечиваются этим лекарственным средством, они официально записываются как симптомы 1-й степени в патогенезе этого средства. 

Когда какой-то симптом появляется у одного испытателя, то всегда возникают сомнения, что он вызван именно действием испытуемого лекарственного средства. Но когда определенный симптом появляется у многих независимых испытателей, можно считать доказанным, что этот симптом вызван именно действием лекарственного средства. Когда же этот симптом устранен или излечен с помощью этого лекарства врачом, то можно считать, что это не только доказано, но и проверено на практике. Такие симптомы являются, во-первых, записанными, во-вторых, подтвержденными повторными испытаниями и, в-третьих, проверенными врачебной практикой. Когда при испытаниях Pulsatilla разные испытатели отмечали ухудшение в теплой комнате и этот симптом подтвердился при повторных испытаниях, а затем это было проверено на больных, то этот симптом был по праву записан в патогенезе Pulsatilla в первой степени. 

Это общий симптом, т. к. он относится ко всему организму, но у этого препарата есть и частные симптомы, которые также относятся к 1-й степени, например, частое мочеиспускание. Это частный симптом, т. к. он характеризует состояние отдельного органа, а именно мочевого пузыря. Этот симптом наблюдался практически у всех людей, испытывавших Pulsatilla, он подтверждался повторными испытаниями и проверен врачебной практикой, и поэтому он записан в патогенезе Pulsatilla как частный симптом 1-й степени. То же самое относится и к общим симптомам. 

Существует и другая группа симптомов, которые при испытаниях появлялись далеко не у всех испытателей, но были подтверждены и проверены на практике. Эти симптомы относятся ко 2-й степени. Они также по своему характеру могут относиться к главным, общим или частным симптомам. 

Чти касается симптомов 3-й степени, то к ним относятся те симптомы, которые наблюдались у отдельных испытателей и не были подтверждены повторной проверкой, но были выражены довольно сильно или проверены врачебной практикой. К этой степени относятся и патологические симптомы болезни, общие для всех заболеваний. 

Почти все симптомы, которые Беннингхаузен отнес к четвертой степени, в действительности относятся к третьей, т. к. этот ученый очень осторожно относился к симптомам, которые никогда не проверялись. Его 4-я степень включала симптомы, которые он собрал из своего богатого клинического опыта, и он сомневался относительно уместности помещения их в 3-ю степень, а также те симптомы, которые были выявлены при испытаниях, но не были должным образом подтверждены и не были проверены клинической практикой. Он записал их скорее для того, чтобы будущие испытатели их подтвердили на практике. 

 

Лекция 34 ГОМЕОПАТИЧЕСКОЕ УХУДШЕНИЕ 

"Органон", 154: "...Болезнь недавняя уничтожается обыкновенно первым приемом, так что затем не происходит никаких заметных искусственных недугов". 

При лечении острых болезней практически не бывает сильного первоначального ухудшения. Лишь в тех случаях, когда острое заболевание вызывает угрожающее жизни состояние или длится так долго, что появляются патологические изменения в органах и тканях, может наблюдаться первоначальное гомеопатическое ухудшение. Как правило, это ухудшение проявляется общим изнеможением, сильным потоотделением, истощением, рвотой и поносом, появляющимися через непродолжительное время после приема лекарства. Я наблюдал очень серьезные обострения даже в тех случаях, когда выздоровление было неизбежным. Острая болезнь, которую не лечат и которая не представляет непосредственной угрозы для жизни, как правило, переходит в хроническое состояние, длящееся многие годы. Если болезнь не излечивается, то она постоянно прогрессирует, и самые сильные ухудшения мы наблюдаем в тех случаях, когда имеются патологические изменения в органах и тканях, и чем значительнее эти изменения, тем сильнее гомеопатическое обострение. 

В первую очередь врач всегда должен определить, острая болезнь у его пациента или хроническая. Когда нет изменений в тканях, то, как правило, нет и сильного первоначального ухудшения. Рвота и понос, появившиеся после назначения гомеопатического лекарственного средства, говорят нам о наличии в организме очага инфекции, продуцирующей септическое состояние. 

Гомеопатическое ухудшение - это реакция жизненной силы, которая, так сказать, начинает наводить порядок в организме. Устанавливает порядок сама жизненная сила, а не гомеопатическое лекарство. Разумеется, аллопатическое средство, даваемое в грубой, непотенцированной форме, само вызывает изменения в организме, но потенцированное гомеопатическое лекарство лишь возвращает систему в состояние гармонии и порядка, а все происходящие в организме изменения обусловлены действием жизненной силы. При лечении хронического заболевания, если нет патологических изменений в тканях и органах, гомеопатическое ухудшение может вообще не проявиться, а будет наблюдаться очень слабое обострение симптомов, но это явление другого характера, вызванное установлением лекарственной болезни. Выделение болезненных субстанций должно происходить естественным путем через печень, желудочно-кишечный тракт, почки, кожу, слизистые, т. е. через так называемые естественные биологические клапаны. Подобные процессы, когда появляются сильные рвота, понос, обильное отхаркивание, учащенное и измененное мочеиспускание, высыпания на коже и т. д., легко можно принять за обострение болезни. 

Например, к вам пришел пациент, у которого в результате неврита уже в течение нескольких лет парализована конечность. После приема правильно подобранного гомеопатического лекарства у него в парализованной конечности появилось ощущение бегающих мурашек и покалывание, причем настолько сильное, что он не может спать по ночам.Вот это и есть гомеопатическое ухудшение, которое в данном случае обусловлено тем, что восстанавливается нормальная иннервация парализованной конечности, и, когда это произойдет, конечность снова станет нормально функционировать. 

Или возьмем, к примеру, ребенка, долгое время пребывавшего в состоянии оцепенения из-за снижения мозговой активности. После приема препарата у него появляется очень сильное покалывание в скальпе, в пальцах рук и ног ребенок вертится, кричит и плачет, так что врач должен обладать поистине железной волей, чтобы не поддаться на мольбы и угрозы матери и близких, требующих немедленно облегчить состояние, т. к. они уверены, что ребенок может умереть. 

Реакции больного организма, когда жизненная сила начинает восстанавливать порядок, часто бывают очень выраженными и болезненными, но, чтобы выздороветь, больной должен пройти через эти страдания. Врач-гомеопат должен понимать, что выздоровление нередко идет через страдания, и, если он не в состоянии выносить подобные сцены, то он должен заняться чем-нибудь другим, т. к. самое страшное, когда врач, не устояв перед мольбами и угрозами, дает другое лекарство, снимающее первичное ухудшение, но усугубляющее заболевание. 

Врач-гомеопат должен хорошо различать гомеопатическое ухудшение и лекарственную болезнь; аллопатической медицине эти два понятия вообще неизвестны. Иногда врачи, особенно начинающие, не могут дифференцировать эти состояния. 

Выраженность гомеопатического ухудшения не зависит от длительности заболевания. Нередко заболевание, уже многие годы беспокоящее человека, излечивается с незначительным первичным ухудшением или вообще без него или, наоборот, совсем недавно появившееся заболевание излечивается после очень сильного гомеопатического ухудшения. Выраженность первичного ухудшения зависит от степени тяжести патологических изменений в органах и тканях: чем сильнее изменения, тем более сильные страдания и боли испытывает больной при гомеопатическом ухудшении. Когда после каждой дозы лекарства вы наблюдаете у своего пациента сильное ухудшение, вы должны знать, что есть серьезные изменения на тканевом уровне. 

Следует различать такие состояния, как проявления болезни и абсолютная слабость жизненной силы. Существуют понятия слабость организма и активность организма, которые проявляются при сильных патологических изменениях в тканях. У ослабленных пациентов после приема лекарства может наблюдаться слабая реакция или вовсе никакой, но, когда наблюдается абсолютная слабость, то, как правило, имеется несколько слабо выраженных симптомов, по которым практически невозможно подобрать нужное гомеопатическое лекарственное средство. 

Например, вы пришли к длительно болеющему пациенту, у которого начинается общее истощение, но четкие проявления кахексии еще отсутствуют. Вы правильно назначаете ему подобное лекарство и наблюдаете в период гомеопатического ухудшения четко выраженные симптомы кахексии. Ваш пациент испуган, он считает, что вы дали ему токсическую дозу лекарства и т. д. Но врач должен знать, что это состояние обязательно развилось бы у больного, если бы ему не дали гомеопатическое лекарство: препарат не может вызвать тех болезненных состояний, которых у человека нет, за исключением сверхчувствительных к этому препарату людей. Для сверхчувствительных типов и при слабой конституции гомеопатическое лекарство следует давать в более высокой потенции, чем обычно. Следующий параграф развивает эту тему. 

"Органон", 155: "Я сказал: никаких заметных недугов; ибо когда вышеупомянутое лекарство действует на тело, то в действии бывают только припадки, сходные с припадками естественного страдания, занимая место последних в организме, преодолевая и уничтожая их своим перевесом. Другие припадки (часто многочисленные) гомеопатического лекарства, не соответствующие лечимой болезни, почти вовсе не обнаруживаются, а между тем болезнь час от часу слабеет. Дело в том, что лекарственный прием, чрезвычайно малый в гомеопатическом применении, слишком слаб для того. чтобы проявить свои негомеопатические действия на части тела, свободные от болезни; но он непременно производит эти действия в частях, чрезвычайно раздраженных и возбужденных страданиями, чтобы тем вызвать в пораженной жизненной сипе подобную же, но сильнейшую лекарственную болезнь и у долить болезнь первоначальную". 

С. Ганеман утверждает это, исходя из своего опыта. Это его сугубо личное мнение, и он сам не придавал ему принципиального значения. 

Занимаясь гомеопатической врачебной практикой, вы должны принять за правило не повторять дозу при лечении острых болезней, если через несколько минут после приема появилось даже слабое ухудшение. В этих случаях подобранное лекарство настолько подобно, что в повторении нет никакой необходимости. Разумеется, существуют ситуации, когда необходимо повторить прием дозы лекарства, но это зависит от конкретного случая, и нет каких-то строгих правил на этот счет - единственное разумное поведение врача заключается в 'том, чтобы дать больному единичную дозу лекарства и затем ждать, отслеживая результат. 

При брюшном тифе, когда у пациента высокая температура и он находится в бессознательном состоянии, я даю через определенные промежутки времени в зависимости от типа конституции одну дозу лекарства, разведенного в воде, за другой, пока не замечу изменения в состоянии больного, говорящего о том, что лекарство начало действовать. И как только эти признаки появляются, я сразу перестаю давать лекарство. В подобных лихорадочных состояниях, когда организм ослабел, никогда не следует ожидать немедленной реакции. 

При перемежающейся лихорадке реакция организма на действие гомеопатического лекарства появляется довольно быстро, как правило, уже после первой дозы, и повторять лекарство уже нет необходимости, в то время как при тифе в большинстве случаев реакция появляется через несколько часов и повторные дозы в подобных случаях приемлемы. При тифе, протекающем в не очень тяжелой форме, повторять дозу не следует. 

Чем крепче организм у человека, тем сильнее эффект лекарства, производящего быстрое и безопасное действие. Чем слабее пациент, тем более осторожным должен быть врач, назначая самые высокие потенции, какие у него есть. При многих хронических заболеваниях реакция организма на действие лекарства проявляется в течение суток, и поэтому повторять дозу через несколько часов - опасно. Если дрожь утихла или выступил пот и ваш пациент спокойно спит - никогда не следует при таком состоянии повторять лекарство. Например, при дифтерии в одних случаях повторение дозы приводит к смерти пациента, а в других повторение дозы спасает жизнь, и я надеюсь, что когда-нибудь смогу установить эти закономерности, которые пока нам неизвестны. 

При серьезных заболеваниях всегда следует придерживаться следующего правила: пока одна доза лекарства работает, никогда не назначайте повторную. Когда мы видим, что симптоматика изменяется и необходим другой препарат, то мы должны обязательно дождаться, пока действие препарата полностью прекратится - никогда нельзя назначать новый препарат, пока не закончилось действие предыдущего. Искусство врача-гомеопата заключается не только в том, чтобы суметь подобрать подобный препарат, но и в том, чтобы понимать, когда гомеопатическое лекарственное средство действует, в какой момент его действие закончилось и когда следует дать другой препарат или повторить дозу. Все это можно узнать, только наблюдая и анализируя симптомы. 

"Органон", 158: "Это незначительное гомеопатическое усиление болезни в начале лечения (верный признак, что острая болезнь будет скоро вылечена, и обыкновенно уже первым приемом) очень естественно; врачебная болезнь должна быть сильнее лечимой, чтобы преодолеть и уничтожить последнюю; точно также и естественная болезнь способна уничтожить другую, подобную себе, тогда только, когда она сильнее ее ( 43-48)". 

То, что одна естественная болезнь может подавить другую, если превосходит ее по силе и качеству, но прежде всего, за счет их подобия, не подлежит никакому сомнению. В тех случаях, когда при лечении острой болезни наблюдается даже незначительное первичное гомеопатическое ухудшение, можно быть уверенным, что для излечения будетдостаточно всего одной дозы, и только в редких случаях ее приходится повторять. Но когда мы не наблюдаем даже самого слабого первичного ухудшения, а состояние постепенно начинает улучшаться, то мы должны знать, что лекарство подействовало недостаточно глубоко и это улучшение может прекратиться в результате острой болезни. Когда улучшение прекращается, то значит прекращается и действие гомеопатического лекарства, а следовательно, для полного излечения мы должны дать еще дозу. 

Улучшение, которое не предваряется каким-либо гомеопатическим ухудшением в случаях острого заболевания, не сохраняется так же длительно, как улучшение, появляющееся после первоначального ухудшения. 

В тех случаях, когда вы назначаете не совсем подобное лекарство, также не наблюдается первоначальное ухудшение, за исключением сверхчувствительных к этому препарату пациентов, но это уже является лекарственной болезнью. Когда вы не обнаруживаете у пациента, не ослабленного длительной изнуряющей болезнью, первоначального гомеопатического ухудшения, то в большинстве случаев это значит, что лекарство, которое вы ему дали, имеет лишь частичное подобие и может потребоваться еще два или три таких частично подобных лекарственных средств, чтобы излечить болезнь. Как правило, средние врачи-гомеопаты назначают одному пациенту поочередно два-три препарата, в то время как мастер назначает всего одно. 

"Органон", 159: "Чем меньше прием гомеопатического лекарства, тем мнимое усиление болезни на первых порах бывает слабее и короче". 

Это было написано во времена, когда С. Ганеман экспериментировал с низкими потенциями до 30-й включительно и почти не пользовался более высокими. В то время у него был уже достаточный опыт работы с 30-ми потенциями и он еще только начинал свои опыты с более высокими потенциями. Поэтому мы можем рассматривать это ухудшение как лекарственную болезнь. В более поздних своих работах С. Ганеман пишет, что болезнь действительно усиливается, когда дается подобное лекарство в грубой форме или в низких потенциях, но, начиная с 30-й потенции и выше, мы наблюдаем более мягкое и более глубокое целебное действие, и чем выше потенция, тем слабее и короче выражено гомеопатическое ухудшение. Смысл этого параграфа в том, что ухудшение должно появляться в первые часы после приема лекарства, и именно это имеет в виду С. Ганеман. 

Хорошо известно, что нельзя назначать Belladonna в низких потенциях (ЗС или 4С) при симптомах сильного мозгового перенапряжения детям, т. к. гомеопатическое ухудшение настолько сильное, что если действие лекарства не нейтрализовать, то ребенок может умереть. Когда болезненное состояние ярко выражено, то подобное действие Belladonna какбы добавляется, усиливая болезнь. Но это характерно только для низких потенций, а начиная с 30-ой потенции, гомеопатическое ухудшение тем слабее и короче, чем более высокая потенция применяется. Эту закономерность установил еще С. Ганеман. Это ухудшение можно объяснить тем, что лекарственная болезнь, вызванная действием препарата, добавляется к подобной естественной болезни и внешние проявления усиливаются. Но, как правило, несмотря на внешнее ухудшение, пациенты говорят, что их общее самочувствие улучшилось. 

Гомеопатическое ухудшение затягивается по времени при использовании низких потенций и при частом необоснованном повторении доз. Я недавно наблюдал сильное ухудшение состояния, произошедшее как раз из-за необоснованного повторения доз лекарства. Ко мне пришла молодая женщина 20-ти лет с жалобами на сухой, резкий кашель. Я дал ей одну дозу Bryonia, но, вместо того, чтобы сразу рассосать все гранулы под языком, она растворила их в воде и принимала в течение двух дней. К концу второго дня ко мне прибежала испуганная мать этой молодой особы. Я посетил свою пациентку и выяснил, что у нее из-за неправильного приема появилась клиника тяжелой формы пневмонии, характерная для патогенеза Bryonia. Я с помощью антидота снял действие Bryonia и уже на следующее утро девица чувствовала себя полностью выздоровевшей. В этом случае пациентка из-за своей невнимательности невольно стала испытателем, а так как она оказалась чувствительной к действию этого препарата, то у нее четко проявились симптомы Bryonia. Когда лекарство подобно, вы будете в практике много раз наблюдать такие случаи. Когда гомеопатическое средство подобно лишь частично, то оно может излечить заболевание, но такие состояния может вызвать лишь препарат, полностью подобный болезни. 

Объяснить вышесказанное можно тем, что организм пациента чувствителен как к болезни, так и к лекарству, которое эта болезнь излечивает. Можно вызвать лекарственную болезнь или усугубить состояние больного ненужным повторением доз либо использованием низких потенций. Как это ни парадоксально звучит, но, чем искусней врач-гомеопат, тем опаснее для него низкие потенции до шестой включительно, т. к., чем больше подобие между болезнью и лекарством, тем более сильное и продолжительное ухудшение вызывает действие гомеопатических препаратов в низких потенциях. Поэтому врач по мере своего профессионального роста старается переходить на все более высокие потенции, отказываясь от низких разведении, проявляющих токсическое действие. 

Гомеопатическое ухудшение при назначении десятитысячных потенций короткое и четкое: обостряются только патогномоничные симптомы болезни, а общее состояние значительно улучшается. Само заболевание не ухудшается, не прогрессирует и не становится интенсивнее, обостряются лишь симптомы болезни, но пациент при этом заявляет, что ему становится лучше. Усиление симптомов иногда тревожит больного, но в глубине он осознает, что общее его состояние улучшается. Часто можно слышать примерно следующее: 

"Доктор, я чувствую себя этим утром значительно лучше", -говорит пациент, хотя объективно симптомы обостряются. 

Органон, 160: "Но как почти невозможно приготовлять лекарство в столь бесконечно малом приеме, чтобы оно не могло исправлять, преодолевать и совершенно излечивать сходную болезнь (см. прим. к 249), то понятно, почему прием его, не уменьшенный в возможной степени, обладает способностью вызывать в первое время кажущееся ожесточение болезни". 

В настоящее время из-за того, что мы применяем в своей практике потенции выше 30-ой, нас обвиняют в отходе от идей С. Ганемана. Но наш Учитель писал в тот период своей жизни о 30-й потенции как о достаточно высокой для одних случаев и достаточно низкой для других. Это был ранний период его исследований, когда он только начал выяснять, где заканчивается действие лекарственного средства. Нас обвиняют в отходе от идей С. Ганемана лишь потому, что в своей практике мы используем потенции, отличные от тех, которые использовал С. Ганеман. Но в 279 "Органона" мы читаем: 

"Вот общий итог всех моих опытов и наблюдений в этом отношении. Если болезнь не имеет очевидного источника в органическом поражении какого-либо важного внутреннего органа, то прием никогда не может быть настолько мал, чтобы тотчас по принятии не в состоянии был произвести припадки сходные, даже несколько превосходящие силою те, которые больной ощущал в естественной болезни (малое гомеопатическое ожесточение, 157-160). Лекарственная болезнь всегда сильнее той, о которой идет дело, и способна превозмочь, уничтожить и прекратить последнюю надолго, если при этом будет устранено всякое постороннее лекарственное влияние". Когда мы используем 200-ю потенцию, то обнаруживаем гомеопатическое ухудшение; используем 1000, 10 000, 50 000 и опять отмечаем гомеопатическое ухудшение, т. е. все они способны усиливать внешние проявления болезни, и, следовательно, лекарственное средство в этих потенциях сохраняет свою целительную силу. Только тогда, когда потенция будет настолько высока, что не сможет вызвать гомеопатическое ухудшение, мы можем заявить, что в этом разведении лекарственное средство утратило свою целительную силу. В настоящее время мы дошли до потенции 1 ЗММ, и это еще не конец. 

Мы никогда не утверждали, что потенция не зависит от болезненного состояния, наоборот, мы всегда говорим, что степень потенции должна соответствовать болезненному состоянию. Мы не отошли от учения С. Ганемана, а действуем в полном соответствии с ним. 

"Органон", 280: "Это неопровержимое правило, выведенное из длинного ряда опытов, учит нас уменьшать приемы всякого лекарства до той степени, на которой они производят едва заметное ожесточение болезни. Итак, не будем опасаться тонкости разжижении, до которой мы должны нисходить при лечении, вопреки всем умствованиям и насмешкам тех, которые, сроднившись с материальными понятиями, находят невероятным, чтобы бесконечно малый прием мог быть действительным; их неверие и насмешки ничего не значат при непреложных доказательствах опыта". 

Может ли быть тут какое-то сомнение в отношении того, что С. Ганеман имел в виду, когда говорил о самых малых дозах? Могут ли быть тут какие-то сомнения в том, что он имел в виду разбавления, и разбавления все более и более высоких степеней, пока не будет достигнут тот уровень, при котором уже не наблюдается никакое гомеопатическое ухудшение? 

В примечании к 249 С. Ганеман пишет: "Так как опыт доказывает, что, как бы ни был мал прием гомеопатически пригодного лекарства, он почти неизменно производит явное облегчение болезни ( 161, 279), то было бы неразумно и вредно приписывать недействительность средства или даже некоторое ожесточение болезни слишком малому его приему и на том основании повторять или увеличивать последний. Каждое ожесточение болезни появлением нового симптома, если не было каких-либо нравственных потрясений илипогрешностей в диете, доказывает только непригодность употребленного лекарства для данного случая, но отнюдь не бессилие приема вследствие его малости". Так, чувства не имеют никакого отношения к величине потенции. В аллопатической медицине принято отталкиваться от токсической дозы вещества, т. е. врач-аллопат назначает пациенту в качестве лекарства дозу вещества немного меньше той, которая является ядом. Это можно сделать с помощью обычных весов. Но это не та проверка наличия целительной силы, которую предлагает С. Ганеман: он предлагает проверять дозу лекарства на способность произвести даже самое слабое обострение симптомов. Мы видим, что он не ограничивает степень потенции, а лишь на практике учит, как определить наличие целительной силы. 

Существует широко распространенное мнение не среди истинных последователей С. Ганемана, а вообще среди врачей, называющих себя гомеопатами, что дозы лекарственных средств, которые предлагает С. Ганеман, слишком малы, чтобы лечить. Это роковая ошибка. Увеличение дозы действующего вещества не может сделать лекарство более гомеопатическим. Подобие лекарства болезни - это первое условие успешного излечения, а потенцирование - второе. Но мнение, что доза лекарственного вещества в потенциях, которые предлагает С. Ганеман, слишком мала для излечения, в корне неверное. Правота нашего великого Учителя постоянно подтверждается великолепными результатаминашей повседневной врачебной практики. Выбор потенции зависит от конкретного случая, и в настоящее время нет каких-то строгих правил, регламентирующих выбор потенции. 

Из всего нашего опыта мы четко знаем, что 30-я потенция - это наиболее низкая потенция, которую можно назначить при любом остром или хроническом заболевании: более низкие дают в лучшем случае лишь частичное, временное облегчение. Но где тот предел в потенцировании, после которого лекарственное средство теряет свои целительные свойства, мы не установили. При лечении нужно назначать препарат в разных потенциях, которые соответствуют степени нарушения внутреннего состояния, т. е. разные потенции одного лекарственного средства действуют на разных уровнях организма, но они неразрывно связаны между собой. 

Самая непростительная ошибка для любого врача-гомеопата - начать свою практику с мыслью, что действующего вещества в 30-ой потенции, предложенной С. Ганеманом как самой низкой, недостаточно для лечебного действия. Это говорит о том, что ум такого врача недостаточно гибок и находится в плену материалистических суждений и он не может быть истинным ученым, для которого главный критерий -практика. Умозрительно можно вывести любую, даже самую фантастическую теорию, но практический опыт всегда покажет ее ложность. Знание является истинным тогда, когда оно подтверждается опытом. 

 

Лекция 35 ПРОГНОЗ ПОСЛЕ НАБЛЮДЕНИЯ ЗА ДЕЙСТВИЕМ ЛЕКАРСТВА 

Назначив лекарство, врач начинает наблюдать. От сделанных на основании этих. наблюдений выводов может зависеть все будущее пациента: ведь действия врача зависят от его выводов, а судьба пациента - от действий врача. Если врач окажется не в состоянии оценить значение увиденного, то действия его будут неверны, назначения - ошибочны, и, меняя лекарства, он нанесет ущерб здоровью своего пациента. Проницательность врача в этом деле незаменима. Вы легко можете обнаружить, что большинство врачей имеют лишь смутное понятие о наблюдениях, которые можно сделать после назначения лекарства. Назначив лекарство, они уже не в состоянии увидеть что-нибудь новое. Лишь после долгих, неспешных и внимательных наблюдений я смог собрать те сведения, которые собираюсь вам предложить. Если наблюдения гомеопата будут неаккуратны, нетщательны, то и результаты неопределенны, и столь же неопределенными будут и назначения. 

Очевидно, что правильно назначенное лекарство подействует. При этом действие его проявится в изменениях симптомов. Суть болезни вообще представляется врачу через симптомы, как по движению стрелок мы судим о происходящем в часовом механизме. Поэтому врач должен терпеливо ждать, наблюдая происходящие изменения, чтобы по ним решить: что делать в дальнейшем и от чего воздержаться. Правда, о последнем врачу не приходится долго раздумывать: 

наблюдатель чуткий и бдительный всегда заметит знак, говорящий ему, что не делать. Конечно, если назначение сделано неправильно, если лекарство не оказывает никакого эффекта, то нечего долго раздумывать. Это, бесспорно, одно из возможных наблюдений. 

Итак, изменения появились: каковы они, насколько значительны, что означают? Слушая рассказ пациента, врач должен представить себе картину происходящего. Действие лекарства проявляется в изменении симптомов: их исчезновении, усилении или ослаблении, смене их в определенной последовательности - на это и следует обращать внимание в первую очередь. 

К наиболее частым эффектам действия лекарства относится ухудшение или улучшение состояния. Ухудшение может быть двояким: больному становится хуже или же больному становится лучше. Под ухудшением болезни я понимаю ситуацию, при которой пациент слабеет, а симптомы усиливаются. Настоящее гомеопатическое назначение вызывает такое ухудшение симптомов, при котором больной субъективно чувствует себя лучше. Истинным гомеопатическим обострением я называю такое состояние, при котором симптомы усиливаются, но больной говорит: "Я чувствую себя лучше". 

Теперь нам следует рассмотреть все изменения симптомов в конкретных формах - возникновение, ухудшения или улучшения, длительность и т. д. Надлежит вынести свое суждение, оценить каждый вариант протекания этих процессов. 

Одно только общее замечание: оценивая симптомы и их изменения, врач-гомеопат должен прийти к заключению: выздоравливает его пациент или, наоборот, болезнь усугубляется. Весьма часто вы услышите: "Доктор, я слабею", но знайте, что это не так. Вы имеете возможность полагаться на эволюцию симптомов, что достовернее мнения больного. Предположим, он говорит вам: "Доктор, сегодня утром мне стало намного хуже", но, исследовав пациента, вы видите, что он выздоравливает. Стоит больному обнаружить, что вы довольны результатами осмотра, как он воодушевляется, встает с постели и просит дать ему поесть. 

Конечно, наблюдая симптомы, вы можете обнаружить, что он действительно ослабел; если эволюция симптомов направлена не кнаружи, а вовнутрь, вы сразу поймете, что ничего хорошего это больному не сулит, даже если он сам считает иначе. Симптомы вам служат точкой опоры. Врач-аллопат не располагает ничем иным, кроме слов больного; но врач-гомеопат не может полагаться на слова, оценивая результаты гомеопатического назначения. И симптомы нуждаются в проверке, и мнение больного следует подтверждать симптомами. Часто симптомы действительно подтверждают слова пациента; но для врача лишь эволюция симптомов может служить показателем. 

Второе общее замечание: по симптомам мы должны определить, насколько глубоки вызванные лечением изменения. Если вы наблюдаете лишь поверхностные изменения, то следует изучить их значение, определяя, действительно ли болезнь излечивается изнутри или же изменяются лишь местные симптомы. Нередко мягко и поверхностно действующие лекарства, влияя только на чувства и ощущения, служат паллиативом при неизлечимых болезнях. В глубине заболевание продолжается, прогрессирует, но больному становится легче. Так что симптомы позволяют нам определить, достаточную ли для излечения потенцию мы подобрали. Для этого достаточно определить направление изменениясимптомов, особенно при хронических болезнях. 

Например, к вам на прием приходит сутулый человек, годами страдающий от сухого, отрывистого кашля. С первого взгляда вы понимаете, что болен он давно. Пациент этот худой и нервный, лицо болезненное, с печатью жизненных невзгод. Он бедно одет и страдает от недоедания. Имеющиеся симптомы ясно указывают на антипсорическое средство, анамнез - на то, что больной нуждается в этом средстве уже давно. При дальнейшем обследовании ваш вывод подтверждается. 

Исследование грудной клетки обнаруживает недостаточность ее экскурсии, признаки туберкулеза, а слабый пульс и другие подтверждающие симптомы приводят вас к убеждению, что пациент медленно умирает. Вы назначаете ему подобранное средство. Через несколько дней вы снова видите этого больного: он ослабел еще больше, появились ночные поты, усилился кашель. Однако гомеопат рад услышать это, т. к. он ждал именно этого обострения. Но через несколько дней пациент приходит опять: обострение не только не окончилось, а, наоборот, нарастает, усиливаются кашель, отделение мокроты, сохраняются ночные поты. Когда вы видите больного еще через неделю, вы можете констатировать неуклонное ухудшение. До приема лекарства больной был в сравнительно неплохом состоянии, а к концу четвертой недели нарастающего ухудшения он уже настолько ослаб, что не может прийти к врачу. Случай 1. Продолжительное ухудшение, ведущее к смерти. 

Что же мы сделали? Мы совершили ошибку; антипсорическое средство оказалось слишком глубоко действующим и ускорило в организме процессы разрушения. В этом случае нужная реакция организма была невозможна, пациент - неизлечим. Возникает вопрос: что же делать? Не давать в таких случаях гомеопатическое лекарство? Пациент все равно постепенно умирает. Если вы не уверены в действии лекарства, не разбираетесь в природе ухудшений, готовьтесь подписывать свидетельство о смерти. 

В подобных неизлечимых или вызывающих сомнение случаях не следует применять разведения выше 30 или 200-го и при этом внимательно смотреть: не окажется ли обострение слишком глубоким или длительным. В таких случаях, при наличии органической патологии, врач должен обращать особое внимание на симптомы, заставляющие воздержаться от высокой потенции: как правило, это симптомы со стороны грудной клетки. 

Конечно же, все сказанное относится не к случаям, когда вам видится угроза такой тяжелой болезни, когда вы боитесь ее возникновения, но лишь когда вы уверены в ее явном присутствии. В описанном выше случае, вероятно, лекарство было дано слишком поздно; оно попыталось активизировать жизненную силу, но тем самым лишь разрушило организм. В таких случаях начинайте с низких разведении. В любой ситуации 30-е разведение можно считать достаточно низким. 

Следующее наблюдение можно сделать, назначив то же самое высокое разведение больному, схожему с описанным, но прежде, чем болезнь зайдет так далеко. За назначениемлекарства также следует ухудшение, долгое и тяжкое, но все же в конце концов вы обнаружите нужную реакцию - улучшение. Ухудшение может длиться неделями, пока в конце концов слабый организм больного отреагирует и начнется медленное, но отчетливое улучшение. Это - хороший признак. 

Через три месяца пациент готов к следующему приему лекарства, после чего повторяется та же последовательность. Увидев это, вы понимаете, что больной был на грани; сделай он еще шаг, и излечение было бы невозможно. В сомнительных случаях хорошо прибегнуть к низким разведениям, держа наготове антидот, если действие лекарства окажется нежелательным. Случай 2. Длительное ухудшение и медленное улучшение в конце. 

Если по прошествии нескольких недель больному становится немного лучше, а симптомы уже менее выражены, чем до приема лекарства, то появляется надежда, что в конце концов начнется смена эволюции симптомов - изнутри кнаружи, дающая надежду на окончательное выздоровление. Однако вам предстоит в таком случае еще несколько лет иметь дело с длительными ухудшениями. У такого больного мы имеем дело с начавшейся уже органической патологией какого-то органа. Так по действию лекарства вы можете судить о состоянии тканей и прогнозе для больного. 

Случай 3. Ухудшение наступает быстро, оно сильное и кратковременное, а за ним следует быстрое улучшение состояния больного. 

После быстрого, кратковременного и более или менее сильного ухудшения вы всякий раз наблюдаете длительное улучшение. Выраженное, стойкое улучшение, сильная реакция организма, отсутствие структурных изменений в жизненно важных органах характеризуют такие случаи. Возможно, вы обнаружите органические поражения на поверхности, в не являющихся жизненно важными органах. Так, могут возникнуть абсцессы или нагноение каких-то второстепенных желез в частях тела, не относящихся к жизненно важным. Такая органическая патология поверхностна по сравнению с изменениями, которые могут произойти в почках, печени, сердце или мозге. Отличайте для себя органические изменения в жизненно важных органах от таковых в структурах, без которых можно обойтись. Краткое, быстрое и сильное ухудшение - то, о чем можно мечтать, ведь за ним следует такое же быстрое улучшение. При острой болезни такое ухудшение следует ждать через несколько часов, а при хронической - через несколько дней. Случай 4. Улучшение наступает без предварительного ухудшения. 

В этом случае нет ни органической патологии, ни тенденции к ней. Хроническое заболевание неглубокое, касается больше функции нервов, нежели состояния тканей. Но помните: изменения в тканях могут быть достаточными для нарушения тока жизненной силы во всем организме, но слишком незначительными для выявления их человеком. В такой ситуации и тяжко страдавший больной может вылечиться безо всякого гомеопатического ухудшения. По отсутствию ухудшения вы поймете, что и потенция лекарства былаоптимальной, и само лекарство полностью подобно. У вас нет никаких оснований всегда ожидать такого хода событий. От слишком высокого или слишком низкого разведения произойдет лишь нарушение иннервации, но об этом вам даст знать усиление симптомов. В случае излечения без стадии ухудшения мы знаем, что и лекарство, и потенция были правильными, а это и обеспечило результат. Для острых случаев это отлично, и тем не менее иногда врач предпочел бы увидеть вначале небольшое ухудшение. Случай 5. Вначале улучшение, а затем ухудшение. 

Бывает так: тяжело больной пациент, вроде тех, кого я описал в 1-м и 2-м наблюдениях, приходит к вам, и после обследования вы назначаете лекарство. Больной возвращается через несколько дней и рассказывает вам, что ему стало лучше, 3-4 дня он чувствовал себя полностью здоровым, все симптомы его исчезли. Однако к концу недели или через 4-5 дней ему становится хуже, чем было до лечения. Это бывает не так уж редко в тяжелых случаях со множеством симптомов - начальное улучшение при общем неблагоприятном состоянии. Анализируя такие случаи, вы придете к одному из двух выводов: частично подобное лекарство оказало лишь паллиативное действие либо лекарство было подобрано правильно, но пациент неизлечим. 

Для того, чтобы выбрать верный вариант, вы должны заново проанализировать случай и определить, действительно ли клиника подобна назначенному лекарству. Предположим, вы пришли к выводу об ошибочности вашего назначения; 

дальнейший анализ покажет вам, что лекарство было подобно по самым явным, самым тяжелым симптомам, но не по конституциональным признакам. В лучшем для пациента случае болезнь просто возвращается к исходному состоянию, но симптомы при этом часто изменяются, и врачу приходится долго ждать прояснения картины, хотя больной тяжкострадает. Пациенту будет легче пережить это ожидание, если доктор сразу признается в своей ошибке и скажет, что надеется подобрать необходимое лекарство. Удивительно, как возрастает доверие пациента к врачу, когда последний говорит ему правду. Признание ошибки вызывает уважение и доверие со стороны умного больного. 

В излечимых случаях действие все более высоких разведении продолжается в течение долгого времени. Говоря "действие", я имею в виду внешние признаки, правильнее было бы сказать "кажущееся действие", так как в действительности лекарство действует сразу, вызывая в больном определенное состояние, при котором нет нужды повторно давать лекарство. Это состояние может длиться весьма долго, иногда месяцами. В излечимых случаях хорошее состояние продлится долго, причем наблюдается значительное улучшение состояния. Если же вы наблюдаете больного неделю, две или три и он говорит, что хорошо себя чувствует, состояние его улучшается, и все от Sulphur 10 000, а в конце четвертой недели он вдруг жалуется на опустошенность и бессилие, то эта задача заслуживает вашего внимания. 

Совершил ли больной что-либо, что могло испортить действие лекарства? Напился? Надышался аммиачных паров? Имел ли дело с химикатами? Нет, ничего такого не было. Тогда дело плохо. Действие лекарства, продолжающееся вместо нескольких месяцев лишь несколько недель, должно вас насторожить. Особенно если вы не находите ничего, что могло бы противодействовать лекарству. Случай 6. Слишком короткий период улучшения. 

Улучшение от назначения конституционального средства непродолжительное, длится не столько, сколько должно бы длиться. Вернитесь к третьему наблюдению: там было короткое ухудшение с долгим последующим улучшением. Здесь же, в шестом случае, вы видите слишком короткое улучшение. Если сразу после приема лекарства появляется ухудшение с последующим быстрым улучшением, то такое улучшение никогда не будет кратковременным. Если улучшение наступило быстро, то оно надолго. Если этого не происходит, значит что-то мешает: бессознательные или намеренные действия больного. Быстрое улучшение говорит о том, что лекарство правильно подобрано, жизненная сила сохранена, и, если все пойдет хорошо, то больной скоро поправится. 

Слишком короткое улучшение может быть иногда отмечено и при острых болезнях. Например, при воспалении мозга лекарство снимает все симптомы на час, после чего приходится повторять прием, но теперь период облегчения длится только 30 минут. Тогда вы понимаете: это слишком кратковременное улучшение, состояние больного безнадежно. Действие Belladonna при некоторых очень "краснолицых" состояниях бывает немедленным, в моей практике - через 5 минут; 

но только при улучшении, наступающем через час или два, состояние стабилизируется надолго. 

В острых случаях быстротечное улучшение означает, что органам угрожает сильное воспаление. В хронических случаях кратковременное улучшение говорит нам о структурных изменениях в органах, которые разрушены, или подвергаются разрушению, или же находятся в очень рискованном, неустойчивом состоянии. Не всегда можно обнаружитьэти изменения при жизни, но они есть. Внимательный наблюдатель, у которого за плечами годы честной работы, часто в состоянии объяснить значение симптомов без обследования больного. Его высказывания о пациенте кажутся членам семьи пророчествами, они ставят врача на особое место. На него смотрят как на мудреца, все знающего и проникающего в суть явлений. Это достигается изучением симптомов пациентов, знанием действия лекарств и симптомов, возникающих после действия лекарств. Благодаря этому он знает реакции того или иного больного, быстрые они или замедленные и знает, как действуют лекарства на того или иного члена семьи. Если врач лечит семью какое-то время, должен же он что-то о них знать? Это знание богатство старого доктора, а молодым еще предстоит его приобрести. 

Случай 7. Полное исчезновение симптомов, но без облегчения общего состояния больного. 

Встречаются больные со скрытыми органическими поражениями, когда нельзя добиться полного излечения. Так, не может полностью вылечиться больной с одной почкой, или с фибринозными структурными изменениями в определенных органах, или с инкапсулировавшимися туберкулами. В подобных случаях лечение направлено на облегчение болезненных проявлений. Такого больного нельзя полностью вылечить. Об этом необходимо помнить в тех случаях, когда применялось несколько средств и всякий раз во времядействия лекарства наблюдалось улучшение, но только до определенной степени. Иначе говоря, лекарство действует благотворно, но больной не излечивается и никогда излечен не будет. Лекарства служат паллиативами, и это вполне приемлемо для гомеопатических средств в такой ситуации. 

Случай 8. У некоторых больных проявляется большинство симптомов принятого средства. 

Это - истеричные, перевозбужденные, сверхчувствительные ко всему пациенты. О таком больном говорят, что у него идиосинкразия ко всему на свете. Вылечить таких сверхчувствительных больных часто бывает невозможно. Стоит вам назначить высокое разведение, как больной полностью попадает под влияние этого лекарства и ничто другое на него не действует. Лекарство подчиняет себе весь организм больного. Патогенез его развивается аналогично течению болезни: с продромальным периодом, периодом максимальных проявлений и периодом спада. 

Такие пациенты - прирожденные испытатели, они реагируют даже на самые высокие разведения. Обнаружив у своего пациента такое свойство, возвращайтесь к 30-му или 200-муразведению. Работать с такими больными невыносимо. При острых состояниях помогайте им, применяя 30 или 200 разведение, а при хронических - 30, 200 или 1000. Многие из этих индивидуумов рождаются со сверхчувствительностью и умрут с нею. Преодолеть свою сверхраздражимость и перевозбудимость они не могут. Такие пациенты, однако, полезныдля гомеопата. Стоит завершиться одному испытанию, как они готовы уже к следующему. Случай 9. Действие лекарств на испытателей. 

Здоровым людям испытание лекарств всегда идет на пользу, если оно проводится правильно. Важно внимательно изучить и записать конституциональные особенности человека, собирающегося стать испытателем, потом вы вычтете эти симптомы из результатов. Они нечасто проявляются во время испытания. Важно также отмечать перемены в них. Случай 10. Появление после приема лекарства новых симптомов. 

Если после приема лекарства появилось много новых симптомов, назначение скорее всего было неверным. Иногда этот "новый" симптом - всего лишь старый, забытый или прежде не замеченный больным, появившийся вновь симптом. Чем больше новых симптомов появится после назначения лекарства, тем большее сомнение вызывает назначение. Очень вероятно, что после исчезновения этих новых симптомов пациент вернется в исходное состояние и никакого улучшения не будет. Иначе говоря, препарат подобран неверно. Случай 11. Возвращение старых симптомов. 

Если возвращаются старые, когда-то исчезнувшие симптомы, значит болезнь излечима. Они исчезли, потому что их подавили новые. При правильном назначении это обычное дело - возвращение старых симптомов при лекарственном ухудшении, так что симптомы исчезают в порядке, обратном их появлению. Исчезают нынешние, и на их место приходят прежние. Врач должен и сам понять, что пациент на пути к выздоровлению, и сообщить ему об этом; объяснить, что болезнь как бы спускается по ступенькам. Часто старыесимптомы приходят и уходят без смены лекарства: тогда ничего и не надо менять. Если же старые симптомы, вернувшись, остаются надолго, необходимо повторение приема лекарства. Случай 12. Смена симптомов идет в неправильном направлении. 

Например, сделав назначение по поводу ревматизма коленей, стоп или рук, вы видите немедленное облегчение суставных болей. Зато у больного усиливаются боли в сердце или позвоночнике. В этом случае вы можете констатировать перемещение болезни с периферии в центр, что требует немедленного назначения антидота. Когда болезнь движется от центра к периферии, от жизненных центров - сердца, мозга, позвоночника, внутренних органов - к поверхности кожи, слизистым, это хорошо. Именно поэтому большинство страдавших подагрой лучше всего чувствуют себя, когда пальцы на руках и ногах в наихудшем состоянии. Нет ничего хуже, как сделать назначение по этому поводу и увидеть нарастание сердечных симптомов: 

это ведет к беде. Сыпь на коже, боли в конечностях - хорошие признаки. Я помню, как однажды меня выгнали от одной суровой пожилой дамы, что сопровождалось изрядной порцией площадной брани. Дама говорила мне: "Когда Вас пригласили, я могла ходить, а теперь щиколотки так распухли, что я не могу пошевелиться". Больная эта нашла другого врача, но вскоре умерла. Очень опасно подбирать лекарство только по наружным симптомам, т. е. лекарство, подобное лишь кожным симптомам, пренебрегая всеми остальными - общим состоянием больного. Такое лекарство может излечить кожное заболевание, но не болезнь. Сам же пациент будет страдать, пока сыпь не появится вновь или же непереместится в новое место. 

 

Лекция 36 ПОВТОРНОЕ НАЗНАЧЕНИЕ 

Во второй прием вы можете повторить первое лекарство, а можете назначить антидот или другой препарат. Чтобы принять одно из этих решений, вам следует, опираясь на свои записи, изучить случай заново, добавив происшедшее со времени первого назначения. Поэтому, если пациент меняет врача, возникают почти непреодолимые трудности, и такие перемены никогда не приносят добра. Зная это, настоящий гомеопат постарается подтвердить первое назначение. Если первый врач - настоящий гомеопат, то никто не компетентен лучше него сделать и второе назначение. 

Смена врача - подчас истинное несчастье для пациента, сколь бы ни был сведущ новый доктор в Маteriа Меdiса. Ведь лекарство, которое помогло больному частично, часто может и довершить дело. Для смены лекарства должны быть веские причины. Нередко ко мне попадают пациенты, лечившиеся до того у хороших докторов, я всегда стараюсь уговорить их вернуться, мне не хочется их принимать. 

Принять такого пациента - значит причинить ему существенный вред, разве только если он приносит с собой точнейшее описание своего случая. Особенно важно это после правильного назначения, когда лекарство частично уже подействовало. Но даже при таких идеальных условиях для смены врача необходимы исключительные причины. Это нестолько вопрос этики профессиональных взаимоотношений; такие проблемы не должны повредить отношениям друзей. Просто второй доктор лишен необходимых для успешного лечения сведений. Правила требуют, чтобы в случае благотворного действия первого лекарства от него не отказывались, пока не будет исчерпана возможная от него польза. Как же может оценить это новый врач? Поэтому его долг уговорить пациента вернуться к первому врачу. 

Как правило, после первого приема лекарства, подобранного правильно, исчезают те симптомы, по поводу которых оно было назначено. Картина болезни изменяется, исчезают ведущие, ключевые симптомы, и остаются мало о чем говорящие, тривиальные. Конечно, если подождать достаточно долго, ключевые симптомы появятся вновь. Однако врач чаще всего старается назначить что-либо при первой встрече с больным, вместо того, чтобы подождать. Он основывает свое назначение на этих остаточных симптомах. Чего следует избегать, так это спешки при втором назначении. Остается только пожалеть больного, попавшего к такому торопливому доктору. Я не раз слышал от пациентов: "Доктор Такой-то сперва отлично мне помог, но потом дело застопорилось". Понятно, что этот доктор сделал сначала правильное назначение, замечательно помог пациенту. Но потом он начал назначать что-то в спешке и суете, и это уже было бесполезно. Беда в том, что он достаточно не выждал. Не важно, совесть ли не позволила ему назначить Saccharum lactis или он не сделал это по невежеству результат одинаков. Слишком частое повторение лекарства, постоянный прием одного и того же средства лишает вас всякой надежды на правильное второе назначение. Назначив правильное средство, но повторяя его прием слишком часто, вы никогда не дадите возможности симптомам вернуться и правильно сделать второе назначение. Симптомы больного перемешаются с патогенезом лекарства. Само понятие второго назначения предполагает, что: 

а) первое назначение было правильным и подействовало; 

б) оно полностью отработало. 

Без выполнения этих условий у нас нет возможности приступить к повторному обследованию больного. 

Это обследование проводится, когда полностью прекратятся вызванные первой дозой изменения состояния пациента. Покуда продолжаются вызванные лекарством появления и исчезновения симптомов, любое новое назначение только испортит дело. Ничего не получится, если после первого приема организм не получит отдыха от лекарства. 

Итак, соблюдены все предосторожности. Первое, что мы собираемся обнаружить, - это возвращение исходных симптомов, хотя бы и не столь выраженных, как до приема лекарства. Пока продолжается вызванная лекарством неразбериха в организме, пока устанавливается новый порядок, мы не видим исходных симптомов. Это может продолжаться несколько дней, недель или месяцев, но без них мы ничего не можем сделать. 

Что может гомеопат без симптомов? Кроме них, ничто на свете не поможет нам выбрать лекарство, так что врач обязан ждать возвращения исходных симптомов. Если они возвращаются в исходном виде, но изменившись по интенсивности -усиленные или ослабленные - это замечательно. Иначе говоря, сначала некоторое облегчение, а затем возвращение почти к исходному состоянию через месяц или два. Теперь врачу не требуется почти никакой новой информации, чтобы удостовериться в правильности первого назначения. Раз вернулись и общие, и частные симптомы - значит, больной излечим, и второе назначение должно быть повторением первого. 

Другое возможное обоснование для второго назначения -появление множества новых симптомов, меняющих старые. Не старые возвращаются, а новые занимают их место. Пациент говорит вам: "Отлично, доктор, Вы вылечили меня от моей болезни, но теперь у меня появилось вот что!" Изучив эти новые симптомы, врач с удивлением находит их в патогенезе назначенного им средства. Это уже похоже на лекарственную болезнь. Он спрашивает, не было ли у пациента таких симптомов когда-либо прежде. "Не припоминаю, доктор". Спросите о том же, но иначе, и если это действительно новые симптомы назначение было неправильным. 

Лекарство не было подобным, оно усугубило состояние, вызвав лекарственную болезнь. Плохо, если эти новые симптомы требуют назначения антидота. Для этого следует изучить взаимодействие новых симптомов со старыми, и новое лекарство должно быть подобно скорее новым симптомам, чем прежним. 

Всякое следующее назначение по необходимости должно -принимать в расчет все, что было до него, так что третье, четвертое, пятое назначение делаются так же, как и второе. После первого неудачного назначения все последующие вы будете делать с трудом и тревогой на сердце. 

Если развитие болезни вашего пациента заходит в тупик, обычно в новом назначении нет необходимости. После первого приема лекарства симптомы меняются, как им и следует: 

одни сменяли другие, появлялись новые, но, в конце концов, все вернулось к исходной точке. Эти исходные симптомы выражены незначительно, но они не причиняют больному особых страданий - это застой, тупик. Пациент говорит: "Вроде и нет ничего, и вроде не выздоровел. Застой какой-то". Тогда врачу остается лишь ждать, и ждать долго. 

Если и по прошествии нескольких месяцев ничего не происходит и нет никакой тенденции к выходу болезни на поверхность, то еще один прием того же лекарства не принесет вреда. Вы не можете назначить новое лекарство: ничего не изменилось и ничто не указывает вам на новое средство. А новый прием того же лекарства может подтолкнуть больного по пути выздоровления. 

Не спешите с новой дозой. Когда пациент в тупике - ждите и не спешите. Возвращение исходных симптомов, как и в первом случае, поможет вам определиться с выбором лекарства. 

Второе назначение, технически говоря, это следующее за подействовавшим. Вы можете назначить дюжину не оказывающих на организм эффекта лекарств, специфическое назначение так и не будет сделано. Можно потратить сколько угодно времени, назначая лекарства ни к селу, ни к городу, -результата не будет никакого. 

Считайте за первое назначение только то, которое подействовало, вызвало положительные перемены в организме, а следующее за ним будет вторым. 

Когда следует сменить лекарство? При каких обстоятельствах это необходимо? 

Один случай я уже упоминал: появление новых четко выраженных симптомов, т. е. смена самого основания для вашего назначения. Например, исчезновение державшейся очень долго головной боли и появление совершенно новой группы симптомов, которых никогда прежде у больного не было. Такой результат действия лекарства означает, что вы должны назначить новое средство. 

Представим себе теперь другую ситуацию, также требующую смены лекарства. Годами вы лечите своего больного от хронической конституциональной болезни. Вы прошли уже все разведения - от низких к высоким, постоянно добиваясь хорошего эффекта. Вы назначали каждое разведение до тех пор, пока его лечебный эффект не был исчерпан, а затем переходили к более высокому. Так вы прошли всю шкалу разведении. При недостатке симптомов вы можете назначить это лекарство только потому, что знаете по опыту: оно является для этого больного конституциональным. Даже если симптомы переменились настолько, что на основании новых вы ни за что не назначили бы этого лекарства, но оно тем не менее продолжает помогать - не меняйте лекарства. 

Многие врачи говорят: "Когда меняются симптомы, я меняю лекарство". Таким путем они пациента не лечат, а губят. Если симптомы изменились, а больному не стало лучше - тогда меняйте лекарство. Если же симптомы изменяются, а больному все лучше и лучше - не меняйте лекарства, пока сохраняется эта благотворная тенденция. 

Часто на поверхность выходят явно забытые симптомы. Пациент их не ощущал, не воспринимал, как не воспринимается тиканье часов на стене. Многие из "новых" симптомов есть старые, но вернувшиеся вновь. Скажем, ваша пациентка и сама не узнает своих старых симптомов, но в конце концов кто-нибудь из домашних обрадует вас: "А, это у мамыуже было тогда-то, просто она забыла". Очень часто так бывает с выздоравливающими. 

Итак, пока больной поправляется от вашего лекарства, изменились ли симптомы или нет, - не назначайте нового препарата! Сомневаетесь - ждите. Возьмите себе за правило не бросать удачно подобранного лекарства, не испробовав еще одного разведения, повыше. А вот когда очередное, самое высокое в ряду примененных, разведение будет принято и окажется неэффективным, тогда и только тогда вы можете сказать, что лечебное действие этого лекарства исчерпано и необходима перемена. 

Теперь давайте рассмотрим ситуацию, при которой требуется назначение комплементарного средства, - действие второго приема должно дополнить действие первого. Это также означает смену лекарства. 

Для примера возьмем смышленого, большеголового, голубоглазого мальчика 4-5 лет. Он часто простужается, и каждая простуда проявляется симптомами со стороны головы: краснотой лица, пульсацией сонных артерий и т. д. Вы назначаете ему Belladonna, и Belladonna ему помогает, однако не действует как конституциональное средство. Головные боли остаются, т. к. они коренятся в его псорической конституции, и в какой-то момент Belladonna совсем перестает ему помогать. 

Тогда вы уже внимательно исследуете случай и обнаруживаете, что вне острых болезней - простуды, лихорадки - у него нет головных болей и показано совсем другое лекарство! Дряблость мышц, увеличенные железы, простуды при каждой перемене погоды и пристрастие к яйцам - вы решаете назначить Calcarea carbonica. Тот факт, что Belladonna казалась такой подобной, но действовала лишь паллиативно, только укрепляет вас в вашем мнении. Лечить больше одного - двух острых приступов - пустая трата времени, но, с другой стороны, не следует давать Calcarea carbonica во время приступа. 

Когда Belladonna справится с критическим положением - назначайте комплементарное ей конституциональное средство, т. е. Саlсаrеа. Есть еще много лекарств, связывающихся или даже сцепляющихся таким вот образом. 

Есть еще серии лекарств, например Sulphur, Саlсаrеа и Lycopodium. Лекарство ведет к одному из своих родственников, и мы находим, что эти родственники взаимосвязаны, как Sepia и Nux vomica. Желчная лихорадка на фоне конституции Sepia скорее всего потребует Nux vomica, а как только желчная или перемежающаяся лихорадка пройдет, на поверхность выйдут симптомы Sepia, как бы демонстрируя взаимосвязь Sepia и Nux vomica. Если пациент находился какое-то время под воздействием Sepia и у него разовьется острое воспалительное заболевание, оно скорее всего пойдет по типу Nux vomica или еще одного из этой серии препаратов. Вся Маtеriа Меdiса полна этими взаимодействиями. 

Второе назначение может также означать смену всего плана лечения. Предположим, что ваш план лечения основан на том, что из всех симптомов и анамнеза вашего пациента явственно выступает Рsorа. Поэтому вы и лечите больного известными антипсорическими средствами: Sulphur, Graphitis и др. Симптомы подобны назначенному вами средству, вы замечательно помогаете пациенту, и проявления Psora исчезают. И вдруг этот больной приходит к вам с язвенным фарингитом, ужасными головными болями, и все в его виде и егоконституциональных особенностях заставляет вас спросить: "Дорогой друг, а не болели ли вы сифилисом?" "Было дело, - отвечает тот, - и вылечили меня препаратами ртути".Теперь, когда прошло псорическое состояние, на поверхность поднялся этот старый сифилис. Конечно, это заставляет вас сделать новое назначение, приняв во внимание изменившееся состояние больного. То же самое происходит и с Sycosis; хронические миазмы могут чередоваться. Когда доминирует один из них, остальные уходят в тень. В зависимости от этих перемен вам приходится менять план лечения пациента. 

Никогда не назначайте лекарства без длительного и тщательного изучения больного. Вы должны знать, что было и чего можно ожидать. Это очень важно. Постоянно возвращайтесь к результатам ваших обследований. И никогда не назначайте лекарства, не зная конституции больного, - это очень опасно! 

 

Лекция 37 ТРУДНЫЕ И НЕИЗЛЕЧИМЫЕ СЛУЧАИ. ПАЛЛИАТИВНОЕ ЛЕЧЕНИЕ 

Хотя гомеопатия - наука истинная, истина известна ей лишь отчасти. Истина относится к сфере Божественного, человеку остается знание. Врачи-гомеопаты еще очень далеки от постижения истины. В Швейцарии детей учили столетиями, что часы следует делать хорошо, и теперь эти дети изготавливают известные во всем мире своим качеством швейцарские часы. 

Когда гомеопатия просуществует сотни лет, наши потомки, постигая ее с младых ногтей, проникнут в знание, ныне нам недоступное. Многое прояснится, если сблизятся души, и люди станут мыслить гармоничнее. Чем больше мы сближаемся, чем больше соединяемся мыслью - тем лучше. Горько, что несмотря на соединяющие нас великие истины, нас разделяет так много разногласий. 

Чтобы среди патогенезов не было такого, который подошел бы к характерным признакам вашего случая, - большая редкость. Это редко случалось во времена С. Ганемана, а уж теперь, с нашими необъятными Маteriа Меdiса, и подавно. Конечно, начинающим приходится опираться на реперториумы. Честно подбирая и назначая одно лекарство за другим, вы, по крайней мере, можете прояснить картину. В труднейших случаях, после многолетних попыток помочь больному разными способами, вы вдруг обнаруживаете, что симптомы очерчиваются яснее и четче, становятся понятнее. 

Бывало, долго работаешь с пациенткой, дашь ей несколько лекарств, добьешься частичного выздоровления, и вдруг она уходит к другому врачу. Потом такие пациентки возвращаются, говоря: "Вы все-таки помогли мне больше, чем остальные. Попробуем еще". В подобных случаях оказывалось, что время дало многое, теперь уже легче схватить суть и добиться быстрого прогресса. Кроме того, возвращаются такие больные с более терпеливым настроем, что очень помогает врачу. Доверие пациента помогает врачу подобрать лекарство. Голова работает лучше, когда знаешь, что тебе верят. 

Близки к этим случаям и случаи "альтернирующие" и "односторонние". Нередко у больных есть две стороны: проявившаяся и скрытая. Например, когда видны глазные симптомы, желудочные не видны. Пусть Euphrasia больше подобна глазным симптомам, а Pulsatilla - желудочным, чем антипсорическое средство, подходящее к общим, конституциональным симптомам, - все же следует назначить антипсорический конституциональный препарат. Назначая разные лекарства для разных групп симптомов, вы причиняете больному тольковред, загоняя болезнь внутрь, делая ее неизлечимой. 

Не назначайте ничего, пока не найдете лекарства, подобного данному случаю, хотя бы вам и было ясно, что одной группе средств подобно то лекарство, а другой - это. Подчас лекарство, способное проникнуть вглубь организма и навести там порядок, на поверхности вызывает целую бурю. Например, подагрические или ревматические симптомывыходят на конечности. Пациент может даже перейти к другому врачу, испугавшись этих проявлений, в действительности свидетельствующих об успешном лечении. 

Конечно, неизлечимое состояние огорчает любого врача. Аллопат подвергает пациента воздействию сильнодействующих средств и заставляет его думать, что что-то сделано для его блага, хотя эти вещества и наносят организму вред. Не могу понять, почему некоторые из наших гомеопатов используют эти, столь губительные для пациента, паллиативные средства. 

Врач, имеющий опыт применения одного лекарства в потенцированном виде в соответствии с законом подобия, убеждается, что это - единственный вид паллиативов, при котором для больного есть надежда. Opium может уменьшить боль, понос или кашель, но горе больному! Он настолько ослабляет реактивную способность организма, что уже не проявляются симптомы, которые могли бы указать на нужное больному гомеопатическое средство. Боль стихает, но больной не излечен. 

Сказанное об Opium относится и к другим, облегчающим боль, лекарствам. Собираясь дать опиат, уясните, что вы оставили всякую надежду вылечить больного другими средствами. Пока жизнь продолжается, врач не должен оставлять надежды помочь пациенту. При чахотке или раке наиболее подобное самой мучительной группе симптомов лекарство даст облегчение и сохранит пусть слабую, но надежду. 


Страница 5 из 5:  Назад   1   2   3   4  [5]

Авторам Читателям Контакты